Разыскиваем маму. Срочно. Том 1

— Я тоже так думаю, — тихо заметил кот.

— В конце концов, у дяди Дитриха голая попа лучше!

В комнате воцарилась абсолютная тишина.

— Ты ее видела? Откуда ты знаешь? — уточнил Эдвард, и, клянусь, я услышала нотки обиды в его голосе!

— Не видела! Но знаю. Потому что это очень простая логика, — наставительно сказала Эва.

— И какая же? — не сдержалась я.

— Дядя Дитрих — лучший из мужчин, значит, и все у него лучшее, в том числе и попа, — поведала мне простую истину малышка. — Поэтому, «мамочка», лучше вам не уходить с Эдвардом, тем более, что попа у него уже бракованная — подранная.

— Кхм, разумеется, — ответила я, с трудом сдерживая смех. — Я останусь с вашим дядей и никуда не уйду. Даже если... его попа не столь хороша, как вы описываете, так что можете не волноваться.

— Она хороша! Вы можете проверить! — тут же воскликнула Эва. — Дядя Дитрих, а покажи, пусть мама будет уверена, что у тебя все самое лучшее.

Как Дитрих не заржал — удивляюсь! Великой воли человек, я бы так не смогла.

— Обязательно. Как только мы с твоей мамой останемся наедине — я все ей покажу, — выразительно поиграл бровями Дитрих. — Видишь ли, Эва, приличные взрослые люди не показывают свою пятую точку кому попало.

— А этот мужчина показывает...

— ... потому что неприличный взрослый человек, — легко сделал выводы Алекс. — Как ты и говорил, дядя, я как старший обязательно буду защищать своих милых сестричек от всяких безобразных взрослых. Я уже вызвал охрану, сейчас его заберут отсюда и бросят в тюрьму, где место всем неприличным людям.

— Хороший вариант, — заметил Дитрих, а после повернулся в сторону Эдварда и Аделии: — Уважаемые гости, не желаете ли покинуть спальню моей невесты? Тогда у вас еще останется шанс договориться с представителями правопорядка и отделаться штрафом, а не заключением.

Аделия, немного растерянная, направилась к выходу, а Эдвард скрипнул зубами и похромал за ней. Э-э-э, подождите, не так быстро, а как же...

— Эдвард, постойте, вы, кажется, кое о чем забыли, — сказала я.

— Вы снова для симметрии хотите что-то сделать? — огрызнулся мужчина.

— Никакой симметрии, исключительно справедливость, — начала я, но меня тут же перебил Соломон:

— Ударить его хочешь?

— Что? — спросила не только я, но и детишки. — За что?

— За то, что не понял отказ с первого раза, — начал Соломон. — Если нужно, то я подержу, ты не стесняйся, бей посильнее. И мы полюбуемся.

— Полюбуемся? — тихо спросил Дитрих.