Наследница сиротского приюта

Секрет?

Я выдохнула и улыбнулась, поняв, что он, верно, хотел угостить остальных детей из его группы. С гордостью подумала, что таких вкусных печений на приютской кухне не готовили. Но тут я вспомнила, что вечером были пышные булочки с маком. Но дети — такие сластёны, особенно мальчишки.

Вспомнила о прошлом недоедании ребёнка, поджала губы, а сын принял это за свой счёт, даже плечи опустил и как-то весь поник. Самое же страшное, что он чуть отвернулся от меня, словно скрывал свои переживания. А вот этого нельзя было допускать.

Я ведь столько вкладывала, чтобы он начал мне больше доверять.

Я улыбнулась и кивнула, подтверждая своё решение словами:

— Конечно, сын. Ты хочешь угостить остальных детей? Я так понимаю, что сегодняшних булочек им было недостаточно?

Меньше всего я ожидала, что сын ещё больше закроется. Вот это был шок!

Я позвала его, но он ещё чуть отвернулся, что-то бубня себе под нос. Поэтому я встала и сама подошла к нему. Обняла, поглаживая по спине, и тихо-тихо стала говорить ему на ухо:

— Ты растёшь мужчиной, Маркус.

Я знаю, что ты смелый и добрый мальчик. Я вижу, ты переживаешь. И если у тебя возникли какие-то проблемы или недопонимание со сверстниками, или ребятами постарше, то со мной незазорно поделиться. Я не пойду выяснять, кто прав, а кто виноват, но могу дать тебе совет. А печенье мы тебе соберём, и ты сможешь угостить остальных детей. Хорошо?

Маркус кивнул, а когда кулёк был у него в руках, он посмотрел на свои руки и, глядя мне в глаза, поделился:

— Булочки с маком не приносят за наш стол, мама.

Няни и помощницы, помогающие с уборкой поместья, кушают то же, что и мы. А учителя и директриса питается по-другому. А все эти дети сидят, смотрят, как кто-то из вас намазывает масло на хрустящую булочку, и тихо шепчутся. Они тоже хотят булочку. И масло.

Я вернулась на своё место, чуть не промахнувшись, и молчала, какое-то время переваривая эти чудовищные слова.

Уточнила, с ужасом понимая, что даже не проследила за таким важным моментом.

Не для этого я так долго вытаскивала сына из защитной раковины, чтобы сейчас опять вернуться к недоверию.

Хотя чего я хотела? Это были жестокие временя, хотя, казалось бы, девятнадцатый век, да ещё и магическая Англия. Здесь с едой было проще, она обходилась магам дешевле.

Вспомнила о требовании к приюту, которые обозначила ещё моя двоюродная бабушка: доля обычной еды, доля волшебной, ритуалы, которые должны были учить и проводить с детьми.