Наследница сиротского приюта

Дел упоминал, что из поместья был тайный ход, который мог открыть только кровный родич, и выходил он в лес как раз в сторону побережья. То есть в сторону того же Марчвуда.

Я помнила по рассказу главы, что там же, в подвале, находились склады, погреб, зельеварня и два ритуальных зала. Один из них, как раз родовой, не мог открыть никто из ныне живущих здесь. И второй зал, малый, который имела право использовать нынешняя директриса Дорсет.

Именно она была доверенным лицом рода Майер по праву занимаемой должности.

А учитывая магический контракт, я никак не могла понять, как она могла причинять вред детям. Именно поэтому мне нужно было убедиться.

Я с ужасом смотрела на то, что происходило передо мной. Да, я пряталась достаточно далеко от места активного действия, но даже для меня всё было предельно ясно: подростки и правда отдавали свою ещё несформировавшуюся магию. В силу растущей силы они не всегда могли вовремя остановиться. Именно поэтому каждый из них постепенно ослаблял её уровень.

И, повзрослев, они выходили из приюта слабее, чем могли бы быть. И зачастую не получали те должности и возможности, на которые могли бы рассчитывать в магическом мире.

Да, я была зла и понимала, я сделаю всё, чтобы все эти преступники понесли заслуженное наказание. Замерла, увидев, как в зал тихо зашёл знакомый охранник и направился к стоявшей директрисе. Она была ведущим ритуала, поэтому не могла отойти.

Он что-то шепнул ей, они оба повернулись куда-то в другую сторону, но полутьма, стоявшая здесь, не сразу дала возможность увидеть.

Второй охранник подвёл к ней ребёнка, скрывавшегося за тёмным плащом. С головы ребёнка сдёрнули капюшон и вздёрнули ему подбородок, а директриса гневно зашипела прямо ему в лицо:

— И что тебе здесь нужно? Ты должен находиться в своей группе и спать! Кто тебя отпустил, а ну, говори!

Такой знакомый и родной голос с внутренней уверенностью ответил:

— Вы делаете плохое дело, и мой дедушка посадит вас в тюрьму!

Директриса схватила сына на плечо, встряхнула и с угорозой в голосе потребовала:

— Да? И кто же у нас дедушка, а, маленький проныра?

Я слушала и не верила.

Горло схватило спазмом, а я трясущимися руками стала нащупывать то, что дед передал мне на самый крайний случай, и то, что я захватила сейчас с собой.

Зелья, которые могли спасти мне жизнь, случись что-то опасное. А сейчас мне нужно было вытаскивать сына.