Соломенное сердце

Наверное, ему было мучительно больно шевелить губами.

Солнце нещадно пекло, но в ущелье не должно быть жарко, и Поля не переживала по этому поводу. Не переживала она и о том, сможет ли Даня в своем состоянии долго идти пешком, — наверняка он рассчитывал свои силы.

Когда они дотопали до внедорожника, Поля открыла багажник.

— Я собрала нам в дорогу, — она указала на два рюкзака.

Даня кивнул:

— Я посмотрю, можно?

— Конечно.

Сноровисто и умело он проверял снаряжение, что-то выкладывал, что-то перекладывал, часть вещей добавлял из своего багажа.

— Почему? — спросила Поля, когда Даня перекинул часть упаковок с едой на заднее сиденье.

Он указал на оберточную бумагу, испещренную рунами. Они позволяли еде подолгу не портиться.

— Руны наверняка не будут работать в ущелье, — объяснил Даня. — И все стухнет. Из этого мы с собой заберем только на первое время, потом придется лопать мои запасы, никаких деликатесов, зато сытно... Ты не против, если вместо двух спальников мы используем один? У меня хороший, просторный, легкий… или ты не из таких девушек, Поля?

— Из каких «не таких»? — не поняла она.

Даня покосился на нее — с сожалением? жалостью? печалью? Не разобрать.

— А кроме Егора у тебя есть… взрослые люди, с кем ты дружишь? — спросил он, задумчиво взвешивая ее рюкзак в руке. Переложил несколько бутылок воды в свой.

— Мы пьем много чая с Женей Петровной. Она начальник КПП в Плоскогорье. Ну, ты видел, в кабинете князя.

— Много чая, — повторил Даня, вздохнул, защелкал молниями, протянул рюкзак Поле:

— Не тяжело?

Она послушно примерила.

— Кажется, нет. Ты всю воду себе забрал?

— У тебя тоже пара бутылок, выпьем их в первую очередь. Обувь? Не трет, не жмет, не разваливается?

— Неа.

Даня все-таки опустился на корточки, снял с нее один кроссовок — Поля невольно ухватилась за его плечо, — придирчиво осмотрел его и даже ощупал носок, нет ли там грубых швов. Обул кроссовок снова, аккуратно завязал шнурки, выпрямился.

— Страшно?

Страшно, хотела ответить Поля, страшно смотреть на твое лицо. Но качнула головой:

— Это всего лишь заброшенное ущелье, которое обросло разными сказками. Чего там бояться?

К ее ужасу, Даня улыбнулся. Губа снова лопнула. Так ожог никогда не затянется.

— Спасибо, что идешь вместе со мной, — проговорил он с этой его обволакивающей нежностью.

— Поехали, — Поля резко отвернулась. Ее затошнило от сочетания крови и улыбок.