Система Альфонса в Мире Боевых Искусств 4

Сима Фэй выбрал Небесную руку Верховного алхимика. Почему? На самом деле причина была очевидной. Благодаря зельям очищения он мог не бояться нечистот, что накапливались в теле из-за применения эликсиров. Это было огромное преимущество, которое позволяло ему, по крайней мере на данный момент, почти неограниченно поднимать свою культивацию.

Одна проблема: эликсиры стоили деньги. Большие деньги. Настолько, что даже если его план набрать займов и большая афера Патриарха Жемчужного Истока увенчаются успехом, этого всё равно могло быть недостаточно.

По крайней мере если он действительно собирался пережить конец мира через девять лет, о котором ему рассказала Гинь.

По словам девочки, у него было всего два варианта: либо стать Драконом Великой Мудрости, а вернее достичь сопоставимую человеческую стадию культивации, либо пробраться за великие врата в сердце Небесного истока.

Сима с самого начала предполагал, что сделать это будет непросто, но действительно понял масштабы предстоящей задачи только недавно, когда Гинь проверила ауру сильнейших воинов Храма Тысячерукой Бодхисаттвы и с лёгкой улыбкой сказала ему, что, хотя среди них были «немного занятные» индивиды, никто и близко не дотягивал до Дракона Великой Мудрости; не самое приятное заявление, учитывая, что Настоятель великого Храма, «Император Солнечной Бодхисаттвы», был одним из Четырёх Повелителей Праведного Альянса, величайших воинов на Восточном плато.

Сима сильно так сомневался, что успеет превзойти стадию Императора за десять лет самостоятельно.

Добраться до Небесного истока тоже было непросто. Ему требовались эликсиры. Много эликсиров. Вот почему он решил сделаться учеником Алхимической горы — чтобы наладить связи среди алхимиков.

…Что?

Разумеется, он не планировал сам становиться алхимиком всего за десять лет. Это было невозможно. Иные мастера веками постигали великое искусство. Нет, Сима намеревался заполучить поддержку такого мастера и, если получится, выпросить скидку на его услуги.

Первое впечатление оказалось положительным.

Небесная рука Верховного алхимика представляла собой огромную — не меньше Эвереста — цветущую гору. Последняя немного напоминала висячие сады, ибо на каждом пролёте виднелись прекрасные деревья и травы. Шёл дождь. Местами. Поднимаясь вслед за гидом по извилистой тропинке, Сима заметил маленькое чёрное облачко, которое сперва накапало на один садик, а затем плавно спикировало на другой пролёт и стало поливать уже его.