Ученье — свет, а богов тьма

— Ты отлично получился, гляди!

— А, так это была уловка? Уважаю! — радуется Ирлик, элегантно перекатываясь по ковру, чтобы заглянуть в превьюшку. — Мм, ничего, только мне твой неживой огонь не нравится.

— Я могу взять фотку настоящего и вклеить, а с этого уже вышивать...

— Да ну, что, огня не хватает? Давай нормальный разведём!

— Ну не в доме же! — ужасаюсь я.

— Ладно, — снисходит Ирлик, — не в доме так не в доме. У вас кострище где-то было на берегу, пошли туда.

— Погоди, давай всех дождёмся.

.. У меня тут ребёнок спит, не хочу его одного оставлять, а то проснётся, испугается...

Ирлик со вздохом встаёт, подходит к манежу, скорчивается над Алэком и принюхивается.

— Он ещё два часа проспит. Пошли, я терпеть не могу ждать.

Поняв, что спорить бессмысленно, я иду одеваться.

На улице не очень холодно, на небе тучи, сквозь которые еле-еле пробивается свет Второй луны. Филин, которого не взяли на рыбалку, при виде Ирлика поджимает хвост и с приглушенным всхлипом исчезает в будке.

Ирлик не обращает внимания, протапливает снег своими большими ступнями, а я семеню следом, проваливаясь по щиколотку.

— Шагай почаще, — прошу. — Мне так легче идти будет.

Он бросает на меня весёлый взгляд через плечо, припадает к земле и дует вперёд. Теперь перед нами прямая чёрная тропинка до кострища. Правда, боюсь, что-то из маминых посадок пострадало.

— Ещё же дрова надо взять! — вспоминаю я.

— За каким шакалом тебе дрова? — воздевает руки к небесам Ирлик.

— Я захочу, снег гореть будет!

— Как скажешь, — покладисто соглашаюсь я.

Кострище завалено снегом, но, как только Ирлик встаёт в круг камней, ночь озаряется высоченным пламенем. Он ласково улыбается, разбалтывая огонь руками, потом набирает пригоршню и умывается им — лицо, грудь и под мышками не забыл сполоснуть. Я только успеваю щёлкать. Впрочем, результат какой-то странный.

— Тут на снимках получается, что ты как будто светишься изнутри, — говорю. — Дома так не было.

— А что, не надо? — оборачивается Ирлик, лениво перекидывая язычок пламени из одной ладони в другую. — Ты же сказала, всё, что светится, попадает. Я думал, так будет лучше...

— Э-мм, я ещё сказала, что от несветящегося отражается и тоже попадает. А лучше — не лучше, сам смотри, только камеру мне не спали.

Ирлик приглушает костёр и наклоняется рассмотреть превьюшки.

— Ой нет, мне так не нравится, — морщится он. — Тут меня и не узнать. Давай заново.