Моя мачеха - землянка

Разглядывали меня, казалось, с ещё большим любопытством, чем лунианцы, и возбуждённо переговаривались.

Но в один момент всё будто застыло, звуки смолкли, а потом собравшиеся на балконе, как по команде, разделились на две части. А по живому коридору торжественно прошёл высокий мужчина с длинными иссиня-чёрными волосами. Даже отсюда мне было видно, как ослепительно красиво лицо короля, – а это без сомнения был он.

На земле я не раз слышала, что высшие драконы невероятно красивы, но даже не предполагала, что каждая встреча будет оставлять у меня неизгладимое впечатление.

Но при всей привлекательности в каждом иха было нечто, что не давало смотреть на них, как на мужчин.

Они как звёзды, – поразительно эффектные, но бесконечно далёкие. Как заснеженные скалы – завораживающе великолепные, но смертельно опасные. Как произведения искусства – впечатляюще совершенные, но отрезвляюще холодные.

Не люди…

Разве что кроме одного. Иха с пепельными волосами, который спас меня от немедленной расправы, выбивался из ряда безупречных каменных скульптур.

Разглядев его справа от короля, я благодарно улыбнулась. Если бы не он, меня бы тут не было. А у Доминика пропал бы последний шанс на выздоровление.

Но, когда я заметила слева от повелителя драконов Луина, улыбка растаяла. Целитель что-то быстро говорил королю, и тёмные брови иха сдвигались, углубляя и так уже чёткую складку.

Я поджала губы.

Этот подлый человек не сдаётся. Даже сейчас пытается доказать свою лживую правду, пользуясь положением.

И почему его словам так безоговорочно верят? Луин явно замешан в похищении мальчика.

И тут к горлу подкатил колючий ком. Не просто так этот подлый человек так уверен в себе. А вдруг его подельники подсуетились и попали на полянку первее Зириона?

– Ваше величество! – крикнула я, привлекая внимание короля. – Я не похищала ребёнка, а спасла его! Где малыш? Вы нашли его? Он сам вам расс… Ай!

Ощутив сильную боль, испуганно сжалась, а воин, сдавивший мою шею, процедил:

– Молчи, женщина.

У тебя нет права голоса.

– А как же тогда мне защищаться? – глотая слёзы, просипела я.

Этот вопрос оставили без ответа. Я была поражена до глубины души. Мне даже не позволят высказаться? Похоже на то, что моя казнь – развлечение для народа. Суд? Фарс! Это лишь отсрочка! Но тогда умру не только я, а ещё и мой сын. И незнакомый мальчик, которого, похоже, не нашли.

Нет уж.