Моя мачеха - землянка

Казалось, девушка на самом деле была счастлива решению короля и не чувствовала ни капли несправедливости, от которой потряхивало меня. – Я никогда не забуду вашей доброты!

– Да-да, – лениво отмахнулся Сервиан и оценивающе осмотрел меня с головы до ног. Хмыкнул то ли одобрительно, то ли с интересом: – Ух, как глаза сверкают! Будто у драконорождённой. Эх, надо было самому жениться на такой красавице, тогда бы расстроенные невесты иха Такета Орьил не плели интриги.

И вышел. Стражник подождал, когда Теренита поднимется на дрожащие ноги и вывел девушку, которая счастливо отправлялась получать незаслуженное наказание.

Кристофа едва не сбежала, поглядывая на Луина, как муха на паука.

Целитель покинул нас последним. У порога он задержался и, обернувшись, вкрадчиво произнёс:

– Иха Такет, ваша жена выглядит уставшей. – В глазах его так и светилось торжество и превосходство. – Я пришлю слугу с лекарством.

Хотелось запустить в него… ночным горшком! Но Такет был первым. Нет, он ничем не кидался.

– Моя жена – не твоя забота, – в голосе иха зазвенел металл. – Займись своими прямыми обязанностями, королевский целитель.

– Вы о моём утреннем визите? – хитро улыбнулся Луин, прекрасно понимая, что именно имел в виду Такет. – Я навестил хали Розу лишь по приказу короля. Он беспокоился о…

– Советую хорошенько подумать, прежде чем снова переступить порог моих личных покоев, – жёстко перебил иха, – прикрываясь именем короля.

Луин спал с лица и как-то суетливо удалился, а я удивлённо вскинула голову.

На миг мне показалось, что за плечами Такета тает синяя дымка. Она змейкой скользнула по серебристым волосам и исчезла. А мой взгляд коснулся правильный чётко очерченных губ мужчины. Сейчас они не были привычно сжаты и казались такими чувственно притягательными, что по коже побежали мурашки.

Тут уголок рта иха дёрнулся, и прозвучал негромкий голос с лёгкой хрипотцой:

– О чём задумалась?

Вздрогнув, я отвернулась. Ощущая себя так, будто меня застукали на горячем, я нарочито возмущённо махнула в сторону двери:

– Луин лжёт! Его Величество волнуется обо мне? За Айканара он был готов казнить всех направо и налево.

А когда узнал, что отравить пытались меня, то и вовсе пустил всё на самотёк. Наказать девушку запретом приходить на бал? Серьёзно?

– Вообще-то для лини Кнэссэ это будет серьёзным ударом, – старательно пряча улыбку, заметил Такет.

– Ударом, – скривилась я.