Хранители затерянной лагуны

«Силы небесные, отчего же так плохо…» – единственное ощущение, что сейчас беспокоило, не позволяя разуму взять контроль над бренным телом…

Мысли девушки путались и разбегались, как круги по воде…вода?

Что-то очень важное ускользало из сознания…

Что-то, связанное с водой…

Память отказывалась содействовать в процессе восстановления картины случившегося, и кусочки мозаики вспышками видений разлетались шустрыми пичугами, никак не желая складываться в одно целое.

Неведомой рукой встряхивался адский калейдоскоп из отрывков воспоминаний, обрывков фраз, смазанных образов, хаотично перемещаясь в какой-то кошмарной тарабарщине.

Но больше всего, затуманенному болезненной пеленой разуму, почему-то, не давал покоя один и тот же образ, возникающий перед глазами вновь и вновь. Удивительно огромный и красивый зверь, очень похожий на чёрную пантеру, смотрел на Леру грустным взглядом, лазурью бархатных васильков пытаясь пробиться куда-то в самое сердце. С этим таинственным, но таким прекрасным и родным образом в растревоженной памяти, Лера и забылась тяжёлым беспокойным сном…

Ощущение нежного, едва ощутимого касания кожи, это первое, что почувствовала Лера, ещё не проснувшись окончательно.

Что же её разбудило?

Прислушиваясь к своим ощущениям, девушка поняла, что это солнечный луч, скользнув по руке, своим тёплым ласковым прикосновением пробудил её.

Ещё даже не изменился ритм дыхания после сна, и только едва заметный трепет ресниц мог бы указать на пробуждение девушки. Поэтому, пользуясь тем, что ещё никто не обнаружил её бодровствования, Лера наблюдала сквозь прикрытые ресницы за мужчиной, дремавшим в кресле у её кровати.

Высокий брюнет с растрепавшимися длинными волосами, спал, откинувшись на спинку кресла. Но даже во сне продолжал чему-то хмуриться. Его что-то сильно тревожило, и стиснутые в кулаки руки лишний раз подтверждали это.

Лера вдруг очень захотела разгладить сердитые морщинки, коснуться ямочки на подбородке, которая придавала мужественному лицу какой-то трогательности.

– Вэл… – прозвучало тихим шёпотом, срывающимся на хрип, она не хотела его будить, но как-то, само собой вырвалось, потому… что она его вспомнила. Она вспомнила всё!

Сами собой глаза закрылись, и от нахлынувшего осознания, вспыхнувшим вдруг ретроспективным кадром, ресницы непроизвольно дрогнули капельками слёз.

– Леррия! – и моментально, тут же, быстрым и плавным движением Вэл переместился, и уже сидел на краю кровати и держал её за руку.