Ведьма с высшим юридическим

Тот лениво потягивал лёгкое винцо, что было объяснимо, если посмотреть на гору бумаг на его столе.

- Представляешь, - продолжил рассказ Рейнард. – Как она давай директрису прижимать законами и указами, да так ловко! Пункты и абзацы как из мешка сыпались. Я аж восхитился – такая юная, а такая смелая и законы хорошо знает! А потом представил, что она у меня в кабинете такое выдаст и как то неуютно стало. Даже мысль мелькнула, может её в другую академию отдать. – герцог мечтательно улыбнулся.

- А потом?

- А потом подумал, что у меня есть заместители, помощники, поверенный, в конце концов, и никто их не тренирует, не гоняет особо.

Вот пусть повышают квалификацию!

- Ну, ты стратег! Снимаю шляпу!

- Ты её надень сначала, - хохотнул Рейнард.

И ещё, все, с кем я разговаривал, описывали девушку как нежное, безобидное, трепетное создание. А я увидел сильную, мотивированную личность, готовую бороться за себя и свои интересы. Получается, за эти каникулы она резко изменилась.

- Думаешь, она?

- Не знаю…. Но на её ауре маячок сам знаешь, кого, - Рейнард многозначительно поиграл бровями. – И ещё у неё есть Дар Мира. И о нём нигде не упоминается. Возможно, он пришёл вместе с изменением характера.

Собеседник многозначительно присвистнул.

- Ну что, ещё по одному?

- А, давай!

Даниэль Дампьер

- Да что ж за напасть такая! – Даниэль нервно расхаживал по комнате, зарывшись руками в волосы и разлохматив причёску.

– И как ей это удаётся? Вот ведь пигалица!

Но в интонациях было скорее восхищение, чем ярость. Мысленно Даниэль (или Дэн, как звали его друзья) уже считал девушку своей сестрой и тепло к ней относился. Ему хотелось, наконец, раскрыть карты и выстроить по-настоящему родственное общение. Девушка ему импонировала своим поведением и своими эмоциями.

Ведь как настоящий Коллдей, он обладал родовым даром, а магом был очень сильным. Хоть и третий сын, он был не слабее наследника.

Поэтому без труда считывал эмоции окружающих. Большая часть эмоций тех, с кем приходилось общаться, вызывала в нём раздражение, которое он натренировался не показывать. Эмоции же Таниры и её подруг были чистыми, яркими, искренними. В них не было стяжательства, злобы, зависти, ревности, ненависти. Да, они могли злиться, возмущаться, но это было в моменте той ситуации, которая порождала эти эмоции и они проявлялись открыто.