Академия Печатей

— В отличие от всех остальных, трусливо опустивших глаза. Я запомню вас, мисс…

— Полина, — тут же ответила я, еле сдерживая улыбку. — Просто Полина.

— В вас есть стержень. Думаю, вы из тех, кто способен сдать экзамен через месяц — на нём пригодится смелость. За остальных я не ручаюсь.

— Экзамен уже через месяц?! — выкрикнула Джекки, сидевшая прямо за нами.

— Разве вас не предупреждали, что вы имеете право побороться за место в Академии, а не получаете его?

— Да, но…

— И про испытательный месяц вам наверняка говорили.

А раз так, то нечего удивляться, что у вас совсем немного времени для освоения Печати. Дальше вас ждёт экзамен, который решит, останетесь ли вы в Академии. Так, может, не будем терять времени и начнём? Все откройте учебник в самой середине!

«В середине?» — поразилась я, вспоминая слова Герда о том, что я неправильно его читала.

Центральный разворот представлял собой большой чёрно-белый рисунок всё той же звёзды в круге, которую я прежде видела на ладони преподавателя, а ещё ранее — над общежитиями местных студентов.

Сложив два и два, я наконец поняла, что это и есть та самая Печать, о которой все говорили.

Тем временем Герд продолжил:

— Специально для ассистентов была разработана эта хитрая Печать, которая ускорит процесс проявления собственной. Её силой вытащат наружу, что позволит вам быстрее приступить к практике и успеть подготовиться к экзамену, — учитель перевёл плавающий по потоку взгляд на меня. — Мисс Полина, давайте начнём с вас.

Вы ведь не трусите?

— Нет, — моментально ответила я, не успев даже подумать, хотя голос мой звучал не слишком убедительно.

Мужчина неспешно приблизился к нашему столу, заставляя студентов в предыдущем ряду отодвигаться и не мешать его движению к центру длинной парты, рассчитанной на шестерых. Я сглотнула, не зная, что меня ждёт впереди.

— Опустите правую руку на рисунок, — приказал Герд.

Именно приказал. В его интонации не чувствовалось предложения, только сухая команда, которой я немедленно подчинилась.

Едва ладонь коснулась рисунка, как кожу пронзило жгучей болью. Не настолько сильной, чтобы сразу отдёрнуть руку, но достаточной, чтобы поморщиться. Жжение продлилось несколько мгновений, после чего Герд скомандовал:

— Можете убирать руку.

Я осторожно оторвала ладонь от бумаги и обнаружила, что на покрасневшей коже появилась теперь уже моя собственная татуировка звёзды в круге.