жена по жребию

Отошла в другой мир на руках у Криббы. Тайланна впала в кому. Армин злилась. Ирга сидела рядом с герцогиней и нервно оглядывалась. Рой и Крина ехали вместе с Ваской.

- Я возьму у девочки кровь. Я умею отделять примеси, - негромко произнесла Ирга. Армин вскинула брови:

- Ты думаешь, Рихтер подпустит тебя к дочери?

- Ты сказала ему?! – Ирга выглядела так, будто ее ударили под дых. – Кто тебе позволил?

- Мы не в Лесу, а ты не часть моего клана, - жестко напомнила Армин. Она уже поняла, что в подруге говорят скрытые комплексы и привычки.

- Да.

Больше Ирга не произнесла ни слова. Но по возвращении в крепость попросила разрешения взять кровь у Тайланны. Скрепя сердце герцог позволил ей это. В его присутствии. Армин все это время стояла рядом. И оба оборотня замерли, почуяв мимолетный запах. Такой неуловимый, что будь они в покое по одной – не поверили бы.

- Рихтер, надо залечить рану, немного подождать и сделать еще надрез, - леди Данкварт серьезно заглянула в глаза мужа.

- Если нож будешь держать ты, - хрипло произнес герцог.

У Армин щипало в уголках глаз. Ей достаточно было представить сына на месте падчерицы, чтобы понять чувства супруга.

Рихтер с надеждой смотрел, как жена принюхивается к коже Тай. На сгибе локтя намечает место надреза, то подносит лезвие, то убирает. И принюхивается. Быстрое движение, и сам герцог замечает серебристую искорку, скользнувшую в первых каплях крови.

- Круг сужается, - Армин потерла переносицу.

- Смертный сон, - целитель Бойд совершенно не умел щадить окружающих. – Будет сложно.

- Но Вы же постараетесь, - мягко произнесла леди Кошка, - я смогу ее разбудить.

- Воспоминания будут спутаны. С момента первого принятия зелья, - Ирга нервно потерла ладони друг об друга. – Если бы не кровь, его почуять невозможно.

- Что это?

- «Нежность», - Армин вздохнула, - человеческая придумка. Точнее, калька с орочьего зелья.

- Я знаю, - обескураженно произнес Бойд, - его давали молодоженам.

- Будьте честным, - хмыкнула Ирга, на глазах обретая уверенность, - его давали невесте. А после она настолько привыкала подчиняться молодому супругу, что надобность в зелье отпадала.

- Стоит признать, что не всем и не всегда его подливали, - вздохнул Бойд. – Милорд Данкварт, старший, в свое время отказался.

- А после его запретили, - кивнула Армин.

Рихтер стоял в стороне. Осторожно касался волос дочери и проклинал себя. Не заметил.