Выбор королевского дознавателя

Порывшись, он достал горсть синих аберрийских жемчужин, отобрал два эскуда и отдал мне. Я завороженно уставилась на целое состояние у себя в ладони.

— А это пусть будут подъёмные, — ссыпал он мне в ладонь остальное.

Среди нескольких эску́дов и десятка тари́нов синим боком отливал добло́н. Я шокированно уставилась на это сокровище.

— Вы перепутали, — срывающимся шёпотом сказала я, уже заранее коря себя за честность. — Тут доблон.

— Ну так у вас всё сгорело. Купите себе что-нибудь, — отмахнулся он. — Если этого будет мало, я добавлю, совершенно без понятия, сколько стоят женские вещи.

Я понимала, что гайрон пытался меня подкупить, пусть и очень дорого. Но предать Алю не могла. И соврать не могла. Собрав всё мужество в кулак и сдавив в нём жадность, я ссыпала жемчужины обратно дознавателю в руку и сказала:

— Я ничего добровольно про Алю вам не расскажу. Не просите.

Жемчужинки помельче прилипли к повлажневшей ладони, и мне было почти больно их стряхивать.

— Виола, вы удивительная девушка. Не надо мне возвращать эти деньги, — вернул он жемчужины обратно. — А вашей Аливетте я не наврежу. Хотите, поклянусь? Я просто должен убедиться, что она в безопасности. Это вопрос государственной важности, понимаете?

Я понимала. Но не могла. Никак не могла решать за неё и предать тоже не могла. Алю я знаю четыре года, а этого расчудесного гайрона с полными карманами доблонов — меньше суток.

— Простите. Не могу… — прошептала я, опуская голову, хотя и верила ему.

Не походил он ни на мерзавца, ни на равнодушного гада. Таких, пусть и женского рода, я перевидала достаточно. Других директриса в приют не брала. Кроме зайты Адейтасу́ны, пожалуй. Меня вдруг осенило.

— Нужно найти зайту Адейтасуну, — как всегда с трудом выговорила я её фамилию.

И почему нельзя на законодательном уровне как-то урегулировать степень сложности имени и фамилии учителя? Особенно для младших классов.

— Зайтан Аршес, это наша воспитательница, она ушла из приюта примерно четыре года назад, как раз перед тем, как Аливетта появилась. Она была очень добрая и отзывчивая, но проработала у нас мало, всего пару месяцев. Директриса её возненавидела. Зайта Адейтасуна очень ругалась на качество еды, да и руководству не боялась возразить.