Гимназистка. Клановые игры

Принесли соболезнования — и можете быть свободны.

— Кто может быть свободным, решать не вам, Юрий. Это дом Владимира Викентьевича, — не выдержала я. — И хочу напомнить, что вас я уже давно прошу уйти.

— И Ольга Станиславовна вам от дома отказала, Юрий, — неожиданно вспомнила всхлипывающая Оленька.

— Не выдумывайте, барышня, — прошипел Юрий. — С чего бы она мне от дома отказывала?

— С того, что она не хотела, чтобы её втягивали во внутриклановую борьбу. А сейчас вы пытаетесь проделать то же с Лизой. Но мы не дадим этого сделать! Мы её защитим! — воинственно заявила подруга, выставив перед собой руки, сжатые в кулаки.

— Позвольте полюбопытствовать: мы — это кто?

— Хомяковы, разумеется, — уверенно ответила Оленька.

— Позвольте полюбопытствовать, а какое отношение Хомяковы имеют к бывшему члену клана Рысьиных, покинувшему его по недоразумению?

— Хорошенькое недоразумение, — возмутилась уже я. — Княгиня лично объявила, что я клану не нужна, потому что бесполезна, а значит, на меня не стоит терять ни время, ни деньги.

— Фаина Алексеевна уже наверняка раскаялась, что приняла столь опрометчивое решение, отрицательно сказавшееся на репутации клана. Но ты столь изящно дала твоей подруге возможность уклониться от ответа, что я поневоле начинаю подозревать, не собираешься ли ты войти в клан Хомяковых. Это был бы весьма глупый поступок.

— Почему это? — возмутилась Оленька.

— Потому что это было бы оскорбительно для нашего клана. Променять Рысьиных на Хомяковых… — Юрий брезгливо скривил рот.

— Фу.

— Фу — это ваш клан, Юрий, — звенящим от ярости голосом сказала я. — Пока что все его представители, которых я видела, отличаются весьма плохими манерами.

Но моё вмешательство уже ничего не спасло, потому что почти одновременно с моими словами хомяковская перчатка полетела в наглую рысьинскую физиономию.

Глава 9

Боги, Царя храните!

Сильный, державный,

Царствуй на славу, на славу нам!

Царствуй на страх врагам,

Царь двуипостасный!

Боги, Царя храните!

Сразу после исполнения перед началом занятий этого шедевра поэтической и музыкальной мысли классная дама подошла ко мне и препроводила в кабинет главной дамы в этом заведении.

Именно дамы. Важной дамы, образца для подражания. Идеальная осанка, идеальная причёска, идеальная одежда для занимаемой должности. При всём при этом идеальность была на удивление естественной— возможно, потому, что сопровождалась излишней пышностью фигуры и мягкими располагающими манерами.