Цветы и тени

Я обязательно ему последую.

И на этом я сделал то, чего никто от меня не ждал. Я закрыл наше совещание.

Мне в самом деле понравился совет Кейталина и я в самом деле жалел, что с самого начала не подумал о Старейшинах. А ведь по крайней мере два совета они могли мне дать.

Вечером о встрече попросил канцлер. Просьба о встрече была формальностью, от которой я бы хотел отказаться, но не отказывался – я же не вечно буду правителем, и кто знает, какие отношения будут между правителем и его канцлером в будущем.

Может быть, они друг друга терпеть не будут. Или однажды вечером мне совсем не захочется заниматься государственными делами, – вдруг предположил незнакомец, который как всегда появлялся в самые неожиданные моменты.

– Зачем вы делаете это, ваше высочество? – спросил Марлен, нервно расхаживая по кабинету.

– Что это? – уточнил я, потому что в данный момент стоял у окна и смотрел на сад.

– Зачем вы приближаете к себе Ванеску? Укусившая однажды собака укусит и во второй раз.

– А вы считаете, что разумнее оставить без присмотра кусачую собаку?

Марлен пожал плечами.

– Я считаю, что собака, которая меня укусила, должна умереть. Я до сих пор не понял, почему вы их не казнили.

– Я не имел права, – печально улыбнулся я. Ответ на этот вопрос я придумал давным-давно и даже жалел, что никто мне его не задавал. Я уж решил, что напрасно старался, но случай все-таки подвернулся. – Ванеску – королевская фамилия, и эта семья – ее единственная ветвь, в отличие от нас, Гунари, или Драгошей.

Обрубить ветвь и навсегда лишиться одной королевской фамилии – слишком большая потеря для Моровии. Я не мог взять на себя такой груз. Если мы, королевские фамилии, начнем уничтожать друг друга, от королевства ничего не останется.

Марлен опустил плечи.

– Это так, ваше высочество. Я не думал... с этой точки зрения.

– А с какой точки зрения ты подумал? – поинтересовался я.

– Нельзя было прощать заговорщиков, возвращать их в столицу и приближать ко двору! – с горечью сказал Марлен. – Наказание должно быть суровым! Иначе все решат, что неудавшаяся попытка переворота может сойти с рук. И их будет больше и больше, пока одна из них не закончится успехом.

– Так охраняйте меня лучше, чем сейчас, – раздраженно сказал я. – Усильте лояльность замковой стражи и личной охраны принца.