Последний жрец. Том II

Их отправляли демонстративно порезать на ремни дерзкого счетовода, который слишком заигрался в неприкасаемого со своим лото, а получилось, что у нас тут завязался бой с реальными потерями.

Один из двух оставшихся на ногах душегубов глухо зарычал и бросился вперед, атакуя сверху, его же товарищ молча зашел слева, пытаясь ударить меня по ногам, если я буду блокировать мощную атаку первого противника.

В этот раз я смог создать очень качественную двойную полноразмерную иллюзию: для атакующего в лоб бандита, я встал в верхний блок, а для заходящего сбоку — сделал тоже самое, но с шагом вправо, якобы уходя из под его удара.

Меч первого атакующего, который летел сверху вниз в молодецком ударе, отсек кисть второго бандита, который в глубоком выпаде пытался дотянуться до моего открытого бока. Ведь я якобы стоял сейчас в верхнем блоке, принимая мощный удар на лезвие меча.

Второй бандит взвизгнул, не понимая, что произошло и почему его товарищ отсек ему руку, когда счетовод стоял дальше, а первый атакующий только ошалело крутил головой: моя иллюзия, рассеченная его мечом, сейчас растворялась в воздухе, а я стоял в четырех шагах за ней.

«Никаких свидетелей», вспомнил я наставление Лу о том, что нужно делать с теми, кто познает удовольствием сражаться с менталистом на мечах. Рубанув еще дважды по обезоруженному противнику, я насел на последнего бандита, не давая тому сбежать. В бою один на один иллюзии был почти не нужны, я лишь пару раз отвел ему глаза, чтобы дотянуться режущими или колющими ударами.

Наш бой длился несколько минут, но я чувствовал, что меня уже разрывает изнутри: организм исправно вбрасывал в кровь адреналин, повышая и повышая давление.

Удар, блок, удар. Я увожу в сторону меч противника, насылаю на него иллюзию нижнего выпада, вынуждая опустить меч, а сам в мощной атаке сверху вниз опускаю оружие на его голову. Череп раскалывается от удара и клинок, развалив половину лица душегуба, увязает в костях где-то в районе верхней челюсти. Я смог достать меч, только после того, как уперся упавшему на колени бандиту ногой в грудь.

Бой был окончен.

Кроме подосланных убийц погиб и мой камзол, залитый сейчас чужой кровью. Еще я получил пару царапин на руках и ногах, которые срочно надо было бы обработать и перевязать, а может даже, и зашить. На стороне же противника потери исчислялись тремя хладными бандитскими трупами.

Будто в тумане, я подобрал ножны и простынь.