Хранительница. Беглые толки.

Отчего-то мне вдруг стало крайне неприятно видеть его таким ранимым и нежным по отношению к другой. Такое досадное чувство всколыхнулось внутри. Захотелось развернуться и уйти. И я практически это сделала, но меня остановил грубый и полный ненависти приказ Глеба:

– Вылечи ее!

– Не могу, –отводя глаза в сторону глаза, тихо ответила.

– Лжешь! – выплюнул он. – Ты просто не хочешь этого делать! Решила таким образом отомстить? Тогда знай, у тебя это хорошо выходит! А теперь вылечи ее!

– Да не могу я! – прокричала на его злую тираду, чувствуя, как глаза начало щипать от навернувшихся слез.

– Я пыталась, но ничего не получается! Не знаю почему, но у меня не выходит.

Отвернувшись от меня, Глеб некоторое время не сводил взгляда с девушки, нежно гладя ее по лицу и волосам. Боль сковала грудь, ведь только сейчас я поняла, что все это время Глеб просто играл. Я не видела его ни разу настоящим до этого момента.

– Нужно вернуться в дом... Виктор что-нибудь придумает... он, возможно, знает как помочь... – забормотал Глеб, подхватывая девушку на руки и торопясь по направлению к дому.

Смотря ему вслед, я испытывала двоякое чувство. С одной стороны мне хотелось помочь, попытаться спасти его возлюбленную, но с другой — был страх что еще одной возможности покинуть Беглые толки у меня не будет, если девушка не выживет. И к тому же, у меня есть пара вопросов к альфе, который до сих пор стоял опутанный моей силой.

– Карина? – позвал меня Глеб, вырывая из размышлений.

Вздрогнув, я посмотрела на оборотня, не зная как быть.

Чувства разрывали на части, не позволяя выбрать один правильный путь. Мне хотелось бежать отсюда как можно быстрее и в то же время остаться... с ним.

– Прости... – прошептала, делая шаг назад.

Всего метров пять, и я снова буду вне зоне этого проклятого места. Снова свободна, как того и хотела все это время.

«А этого ли я хотела? – спросил внутренний голос. – Разве не мне хотелось узнать как можно больше о оборотнях? Разве не было мне интересно узнать о хранительнице и об этом никому неизвестном мире? – вспомнилось желание познать их мир.

– Нет!», – тут же отдернула себя от подобных мыслей, понимая, это все не мое, и что я не предназначена к подобной жизни.

– Нет, Карина! – почти шепот отчаянный и испуганный.

При виде его отчаянья, боли и метаний я не выдержала и всхлипнула. С глаз брызнули слезы, но шаг за шагом я отступала назад, смотря в голубые и уже такие родные глаза.

– Прости, я не могу... – прошептала сквозь слезы, видя его боль.