Воробушек для дракона

– Они – драконы, милая. Харлар Бел-Хансу – глава одного из ведущих родов Дома Белых Драконов. Его сын, Рагнар, один из наследников. Бывший, если точнее… – он зашипел и потёр руку, на которой проявилось пылающее клеймо с драконом. Но стоило ему умолкнуть, как метка исчезла.

– Только не говори, что ты ввязался с ними в магическую сделку… – просипела я, ткнув в его руку пальцем.

– У меня не было выбора, дорогая, – устало улыбнулся отец и тут же попытался приободриться. – Но они будут спонсировать все мои исследования! Разве не здорово?

– Совсем нет, когда тебя связывают клятвой, или… – я смутилась от воспоминания о буйной реакции на Рагнара.

Тоже мне, ПрЫнц недоделанный! – Или пытаются воздействовать магией на низменные инстинкты…

– Ты путаешь драконов с инкубами, дорогая! – хохотнул отец, но заметив моё напряжённое лицо, стал серьёзным. – Это был Рагнар, ведь так? Ты что-то почувствовала к нему, Эвалин? – я молчала, но Эдгару и не требовались ответы: кажется, мне вновь нужно учиться контролировать лицо.

– А он? Он что-нибудь почувствовал?

Тут уж я не выдержала: почему отец так заботится об этом драконище?!

– Откуда мне знать, что он чувствовал?! Этот гад пытался меня поцеловать!

Эдгар откинулся в кресле, сложил руки на груди и, улыбаясь, задумчиво смерил меня взглядом:

– Проклятье… Сначала пытался поцеловать, а потом защитил, когда отец изъявил желание купить тебя… Прекрасно, просто прекрасно! – но неожиданно встрепенулся, и в его глазах зажглась тревога. – В смысле, нет! Это ужасно, Эвалин! Это худшее, что могло случиться с тобой! Из-за клятвы я не могу тебе ничего рассказать, давай просто договоримся, что в дни, когда Рагнар будет приезжать в Академию, ты будешь оставаться в Усваре, хорошо?

Я недоумённо пожала плечами: ладно.

Впрочем, если вспомнить, какое действие этот невыносимый дракон на меня оказывает, то отец прав: чем дальше от Принца я буду, тем лучше.

– Так у тебя есть амулет от подобной магии? – с надеждой поинтересовалась.

– Боюсь, Эвалин, что от такого у меня артефакта нет, – и вновь снисходительно улыбнулся.

– Просто моя маленькая девочка становится взрослой...

Мне стоило усилий, чтобы сдержать недовольное цыканье: твоя дочка, папочка, давным-давно стала взрослой половозрелой дамой. Ещё до того, как ты меня удочерил. Мне не нужно объяснять про пестики-тычинки и откуда берутся дети. И, как взрослая мадам, я отлично знаю, что вот такая одуряющая реакция организма на незнакомого мужика – это ненормально.