Каменная роса

Белена на миг прикрыла очи, и провалилась в глубокий сон без сновидений.

Глава XVII. Все не так

Белена открыла тяжелые веки и не сразу сообразила, где находится. Остатки сна сбежали, когда она увидела плечо Ставра. Он так и лежал, отвернувшись, на правом боку. Мерное глубокое дыхание говорило, что ночной лекарь погружен в крепкий сон. Белена осторожно потрогала его шею, а потом лоб. Кожа уже не горела огнем, но полностью жар так и не спал. Надобно прислать целебных трав. Как знать, помогая другим, может ли колдун вылечить себя, горячий отвар не помешает.

На столе лежала прикрытая рушником трапеза, значит старуха Голуба уже приходила и видела их вместе на ложе. Тут должно бы опозоренной девице встрепенуться, испугаться, залиться краской стыда, но в душе царило тупое равнодушие. Белена поднялась, прошла к двери, выглянула – сторожей уже не было. В ближайшее оконце посылало лучи высокое полуденное солнышко.

Пора возвращаться. Помог ли заговор бунчака Буревою? Что она увидит – идущего на поправку жениха или бездыханное тело? Если Буревой все же умер, значит все страдания Ставра были напрасны.

Белена постояла на пороге и вернулась к спящему благодетелю. А ведь он прав, вельтская княжна действительно была жестокой птахой. Если бы вчера ведала, что лекарь для исцеления больного должен мукам предаться и боль на себя вытянуть, все равно бы его умоляла то сотворить, не отступилась бы. Белена тяжело вздохнула и опять протянула руку к теплому лбу. Ставр повернул голову и открыл глаза.

– Ступай, тебя скоро искать станут.

– А ты, ты же не умрешь? – прошептала она.

– Поправлюсь. Сюда больше не ходи и ничего мне не присылай, – и он снова погрузился в сон.

Белена выскользнула из комнаты. Медленно передвигая ноги, словно древняя старуха, побрела к своим покоям. Прошла мимо сменивших ночную стражу новых гридней и вошла в горницу.

На лавке в новой чистой рубахе сидел Буревой, только спутанные засаленные пряди, упавшие на лоб, выдавали в нем еще вчера умиравшего страдальца, кожа на щеках порозовела, чернота под очами пропала.

Пред больным, примостившись на край лавки, сидела сама великая княжна Судислава и кормила его из ложечки наваристой ухой.

– Ешь, светик мой, налегай. Чувствуешь, как силушка прибавляется? – ворковала она, Буревой охотно открывал рот.

Но вот он заметил стоявшую в дверях Белену и отстранил занесенную Судиславой ложку

– О-о-о, – ехидно протянула великая княжна, – вот и наша гулена явилась.