Каменная роса

Я приглядывать стану, уж не обессудь, воевода, – старичок поклонился Буревою, потом Великому, княжнам и, дождавшись от Подвиза дозволения, вышел прочь.

– Седмица и оправится? – задумчиво проговорил Великий, усаживаясь на лавку, спешно прикрытую для него Вешкой мягкой подушечкой. – Так и хорошо. Я тут подумал, а чего весны ждать, свадьбы по осени играют, зачем нарушать обычай, нашими предками установленный. Через две седмицы оженим вас, – кивнул он Белене.

Вот она, долгожданная свадьба, а радости нет.

Да и Буревой нахмурился, поджал губы, знать, и ему то неотрадно. Хороши жених с невестой. Судислава же побелела, переводя взгляд с Буревоя на отца, словно затравленная лань. И никакой гордыни в ней не было сейчас, только страх потери.

– Прости за дерзость, великий князь, но разве обычай не говорит, что на свадьбе должны отец с матерью быть? – попыталась Белена отсрочить никому не нужное, кроме Подвиза, событие. – Нешто родители мои успеют за две седмицы сюда добраться?

– Я сам посаженным отцом сяду, или тебе такая честь не в радость? – с издевкой бросил Великий.

– Отец твой на брак согласие дал, так чего ж старика по слякоти да грязи в дорогу гонять, еще простудится, помрет. Этого ли желаешь?

– Я родителей повидать хотела, – не поддалась Белена.

– Невеста за меня не хочет, – холодно произнес Буревой, не глядя на избранницу. – Я ее неволить не желаю, дозволь, светлый князь, отказаться от сговора.

– Ишь как запел, с того света вернувшись, – покрутил посох в руках Подвиз.

– Ты, воевода, под ее крышей ночь провел? Ночевал. Опозорил. Теперь я, как опекун девы сей, обязан грех ваш прикрыть, чем скорее, тем лучше. Разве я его к тебе в горницу на исцеление отсылал? – обратился он к Белене. – Сама приказала нести, рыдала, за руку держала, а теперь замуж не хочешь? А отец твой только рад будет, что я спешно оженил вас, от срама его седую голову спас. Камни, что твой жених под копытами тура добыл, я вам отдаю, как обещал, в накладе не останетесь.

Великий поднялся.

– Не проводила она с ним ночь, – не выдержала Судислава, – ее вообще ночью здесь не было. Вон, челядь спроси, они то подтвердят. К степняку она ночами бегает, про то всем здесь ведомо. А ты хочешь своего верного воеводу заставить порченной девки грех с другим прикрыть!

Судислава выплеснула возмущение и замолчала, переводя очи с Белены на Буревоя. Грань перейдена, но ставка слишком высока, а чувства били через край.