Беглянка в академии дракона

Я повертела головой, покрутила запястьями, а потом уже склонилась над поверженным юношей, пытаясь понять, насколько сильно он пострадал. Но, пользуясь даром, не заметила ничего критичного.

– А разве мэтрам можно бить учеников? – встала, отряхиваясь.

Милир скользнул по мне взглядом, задержав его на несколько секунд, всматриваясь в ворот, точнее, в нижнее белье под рубашкой. Осознав, куда он смотрит, решила не смущаться. Он взрослый дракон, а я своими действиями привлеку еще больше внимания к этой неловкой ситуации.

– Хотелось бы знать, не говорил ли он правду? – пихнул лежащее на полу тело ногой.

Я скривилась от отвращения.

– А по мне было видно, что я так желала внимания?

Дракон вздохнул и прищурился.

– Вы будете заявлять на него?

Опустив глаза, раздумывая над случившимся. Жалко ли мне Брая? Совсем нет. Но ведь все тогда начнут обсуждать меня. С другой стороны, сейчас со мной общается ограниченный круг людей, а до мнения остальных мне нет никакого дела.

– Да, – ответила твердо. – Вы сами все видели.

С каждым произнесенным словом я словно возвращалась на пять минут назад. К концу фразы мой голос сломался, и я всхлипнула. Ну, что за учебный год? Реву и хнычу второй день.

– Ну, тихо, – подошел ко мне Милир и обнял.

А потом и вовсе погладил по волосам.

Он непрошенной ласки я втройне начала себя жалеть. Теперь я не просто всхлипывала, я впала в настоящую истерику. К чести преподавателя, он не растерялся, продолжил успокаивающим тоном баюкать меня.

– Все обошлось, Лекси. Не надо плакать.

– Как я устала, – продолжала причитать, – ненавижу аристократов.

Дракон чуть отодвинул мое тело, чтобы рассмотреть лицо.

Вспомнив, что я, наверное, выгляжу весьма неказисто, наклонилась, скрывая опухшие глаза, красные щеки и мокрый нос. Но он поймал подбородок двумя пальцами, заставляя посмотреть в лицо.

– Не все аристократы подобны этому подонку, – припечатал он. – Вы дружите с Рифером, а он один из самых достойных учеников академии, будущий император.

– Нет, – помотала я головой, все еще удерживаемая мужчиной.

– Не надо плакать, – он вдруг начал нежно стирать большими пальцами слезы, сбегавшие с моих щек. – С де Ланкуром я разберусь. Но я не зря на своих занятиях говорил о боевых заклинаниях.

– Он боевик пятикурсник, а я лекарь без военного опыта, – печально вздохнула, признавая силу юноши.