Тёмные плясуньи

К даме в чёрном платье Керней и подвёл подопечную, по дороге предупредив, что это главный учитель танцев – дама Сесиль.

- Здравствуйте, дама Сесиль, - поклонилась Ирина так, как подсказал фамильяр, и с удовольствием поставила тяжёлую сумку на пол, на несколько секунд отдыхая в поклоне.

- Доброе  утро, ученица Лирейн, - несколько удивлённо ответила ей необычно грудным голосом дама Сесиль.

Ирина ещё раз поклонилась и, схватив котомку, побежала за Кернеем, к парапету, с которого открывался прекрасный вид на пустой пока королевский двор.

Спрашивать, почему учительница танцев удивлена ранним появлением Лирейн, не стала. И так ясно, что Лирейн предпочитала появляться последней. Но сейчас оказалось, что Керней был прав, приведя её пораньше – лучшие места заняли сразу, застолбив участок сумкой, водружённой на парапет. С любопытством поглядывая кругом, Ирина шёпотом, благо Керней занял местечко рядом с сумкой, спросила:

- А эти люди тоже из академии?

- Нет! Это придворные и те, кому удалось получить приглашение на это зрелище.

Ирина подняла брови: приглашение? Но переспрашивать не стала, хотя теперь уже предстоящее зрелище, как выразился Керней, заинтриговало донельзя.

Ещё минут десять – и на крепостной стене с парапетом появились остальные ученицы-первокурсницы. В обругавшей её девчонке с претензиями Ирина узнала Магду, которая явилась с двумя не то подругами, не то приспешницами. Магда показалась ей очень красивой и яркой. Если бы ещё не злилась – вздохнула девушка… С любопытством обнаружила, что некоторые из девушек тоже пришли сюда с фамильярами, но их фамильяры были гораздо симпатичней Кернея: какие-то явно породистые собаки, змеи, обернувшиеся вокруг шей, странные зверьки, сидевшие в сумках.

Неужели все они тоже разговаривают?! А потом взглянула на своего фамильяра – и успела поймать его взгляд, когда он насторожённо посмотрел на неё. Кажется, он ждал, что после «знакомства» с другими фамильярами пожалеет, что у неё такой страшненький. Ирина хмыкнула: ишь, закомплексованный какой! И положила ладонь рядом с его ножками. Он глянул на ладошку, потом снова на неё – и успокоился. А она ещё подумала: любопытно, если он рассмотрел, что она не отсюда, чужие фамильяры это поймут?     

Вскоре вся крепостная стена была заполнена людьми, но, насколько заметила Ирина, впустили зрителей именно столько, чтобы те стояли впритык к парапету, но никто не выглядывал из-за спин других.

Наконец снизу раздался стук одинокого барабана.