Особенности фиктивного брака с крылатым

Я не знала, какие «повреждения» показал папа в качестве доказательства своих слов, а потому говорить о том, что совсем уж ничего не было, не могла.

— Не совсем так… — лихорадочно соображала я. — Они просто друг друга недопоняли. Папа попытался помешать, и Ярослав воспользовался магией. Хотите — проверьте меня снадобьями или еще как-нибудь. Я не одурманена! Выйти замуж — мое сознательное решение!

Анна Рихард задумчиво покрутила в пальцах нетронутый чай. Все-таки в него что-то подлили, понадеявшись, что я просто возьму и выпью? Или у меня приступ подозрительности?

— При каких обстоятельствах вы познакомились с Курбским? Сама понимаешь, феникс и полоз…

Она не договорила, но молчание прозвучало красноречивее любых слов.

Ну да, древнее существо и шмакодявка, которая без амулета даже не может находиться в компании людей.

Чувствуется некое неравенство, да?

Сейчас я не имела возможности соврать. Если нас проверят простейшим зельем правды, то показания должны максимально биться. Поэтому все то, что я говорила раньше, было размытой версией реальных событий.

Отец действительно со мной ругался и пытался запереть в доме, Ярослав меня защищал. В этом нет обмана.

Значит, придется и здесь оставаться честной.

— Я возродила его.

Анна Рихард на мгновение замерла, а потом медленно опустила чашку на стол.

Мои слова повисли в воздухе, словно тяжелый дым. Ее глаза впились в меня.

Втянула носом воздух, пытаясь уловить стремления и желания Арбитра. Может быть, это поможет понять, как с ней лучше общаться? Найти подход.

Но аромат желаний если и был, то совсем слабый и едва заметный. Она что, совсем ничего не хочет? Или просто хорошо умеет скрывать?

— Я возродила его, — повторила я, собравшись с духом.

— Ммм… Оригинальный метод знакомства, — хмыкнула она, наконец взяв себя в руки. Детское лицо расслабилось, кончики ее губ изогнулись в улыбке. — И как ты это сделала?

— На самом деле я плохо помню. Видите ли… — начала я, выверяя каждое слово. — В тот день мы пошли с одногруппницами в клуб.

Родителям я сказала, что мы делаем курсовую, а сама… — Я осталась добавить в голос извиняющиеся нотки.

— Врать родителям, конечно, плохо, но это не преступление, — отмахнулась девочка. — Давай дальше.

— Мне не часто удается вырваться из-под родительской опеки, так что я перебрала лишнего и плохо помню, что именно произошло. Помню, как с подругами хлестала коктейли, а потом… села не в ту машину…

Я запнулась, взвешивая, что стоит рассказать, а что нет.