Оборотень по особым поручениям

– Кем вы приходитесь мистеру Генри Уоррену?

– Ох… – женщина тяжело вздохнула. Она была еще молода, лет тридцати пяти, вряд ли больше, и довольно миловидна. Не в моем вкусе, правда, но хорошенькая: густые светлые волосы, свежее румяное лицо и большие серые глаза. Ну и фигура, насколько я мог судить, тоже весьма недурна. Хотя я люблю стройных, как Майя… – Мы давние друзья…

– Очень давние! – весело сказал Дэйв, газанул и вихрем пронесся по глубокой луже. Хелен только за голову взялась. – И очень близкие, да? Вы дама сердца дяди Генри, он как-то об этом обмолвился.

– Дэйв! – строго сказала Хелен. – Прекрати немедленно, ты смущаешь миссис Фостер.

– Да ладно, – отмахнулся он. – Тоже мне, невидаль! Надеюсь, вы не претендуете на наследство? А то вдруг у вас есть внебрачный ребенок и любовные письма дядюшки?

– О господи… – простонала Хелен. – Ну за что мне все это? Простите его, миссис Фостер, он идиот. И писатель. Это одно и то же…

– Как вы узнали? – не слушая ее, выпалила женщина, схватившись за спинку переднего сиденья.

– Я писатель, – глубокомысленно ответил Дэйв, вертя баранку, – но далеко не идиот. Хорошо угадал?

– Д-да, только… ребенка нет. Я… я хотела попросить назад свои письма, – выговорила миссис Фостер, явственно краснея, – а то мало ли…

– Алекс? – Дэйв повернулся ко мне. – Это же не фамильный детский горшок? Ну и… сам понимаешь, для дамы такие компрометирующие материалы…

– Да уж, – усмехнулся я и подмигнул ему.

Надеюсь, он понял. – Правда, эти письма еще нужно найти. В документах, которые разбирал я, никакой личной переписки не было, только деловая. Приедем, спросим у экономки, где мистер Уоррен мог хранить подобный архив.

– И… пожалуйста, – пролепетала миссис Фостер, – не говорите никому! Тут…

– В маленьких городках слухи расползаются быстрее лесного пожара, – замогильным тоном процитировал очередной роман Дэйв. Тяжелая у него все же работа! – Мы сами-то не местные, заберем свои сокровища да по домам.

А даже если останемся, то вряд ли вон Хелен станет сплетничать с вашими кумушками.

– Не имею такой привычки, – фыркнула та. – Смотри на дорогу! Джон, может, и купит другую машину, а вот другую себя я себе позволить не смогу!

– Хорошо сказано, утащу к себе в рассказ, – одобрил ее брат.

Я же, стараясь не сильно отвлекаться на руку Майи и не сжимать пальцы от щекотки, подумал, что у Генри Уоррена была очень насыщенная жизнь.