Его Величество Змееныш

Да знала она, что он скажет. Нельзя бесконечно противиться собственному предназначению. Всё равно, что, родившись голубоглазым и светловолосым норвегом, упорно краситься ваксой, завивать космы в спирали и чёрные линзы носить. Негром не станешь, зато заработаешь справку из психдиспансера.

— Красивая, ты сейчас выглядишь так, как будто забыла в этом Княжекладбищенске пунктов сто из IQ, — произнёс мягко Павел, девушку привлекая к себе и вполне целомудренно гладя упрямую голову. — Научись, наконец, с собой жить.

Очень, знаешь ли, навык полезный.

В эту минуту раздался громкий сигнал вызова её телефона.

Нащупав в кармане назойливое устройство, Ева взглянула на номер и многозначительно закатила глаза. Канин фыркнул, её отпуская, и отвернулся к экрану широкого монитора, снова вчитываясь в старинные документы.

— Ты где там, придурошная?

Подруга Светлана могла бы стать оперной дивой. Не наступи ей на ухо здоровый и толстый медведь.

— Ещё на работе, — устало ответила Ева, взглянув на часы.

— На работе?! — Светка так заорала, что в канинском кабинете моргнул верхний свет.

— Это всё Канин твой! Я всегда говорила: ведьма-мужик просто не может быть адекватен. Он — сексист, каннибал и жестокий эксплуататор, так ему и передай!

Ева опасливо покосилась на Канина. Тот только плечами пожал и рукой благодушно взмахнул, разрешая покинуть лабораторию. Душка же! Сам Пашка работал без праздников и выходных, для него кафедра давно стала единственным смыслом жизни. Научный фанатик и маньяк, он тем, кто считает иначе, и злого слова бы не сказал.

Доброго тоже.

— Ты зачем позвонила, блаженная? — вздохнула в трубку русалка.

Ева скинула на бегу белый халат, на голову бросила пёстрый платок и, с вешалки подхватив свою старенькую шубейку, забросила толстенький кожаный слинг на плечо. Оглянулась на Пашку и, пальцами помахав на прощанье начальству, бесшумно выскользнула за дверь кабинета.

— Я? — удивилась вопросу Светлана. — Так соскучилась! А если ты не поторопишься, я съем тут вообще всё меню.

Очень жрать хочу, когда нервничаю, ты же знаешь!

С самого раннего детства жрать Светик хотела всегда. Даже во сне.

Новенькая лаборантка проводила Еву долгим пристальным взглядом и поджала губки многозначительной твёрдой подковкой. Внезапно и остро вдруг захотелось ей дать по башке. Вот взять со стола толстый журнал описи инвентаря и с размаху наотмашь ей врезать. Чтобы свалилась под стол, как подстреленная, и ногами задрыгала.

Так. Стоп.