Между Сциллой и Харибдой

Но можем изменить будущее, а для этого нам надо хорошо учиться.

— Это да.

Она хотела добавить что-то еще, но тут подошла преподавательница, довольно небрежно одетая сеньора Сапасар. Лет ей было что-то около сорока, но она уже напрочь махнула на себя рукой. И дело даже не в выбивавшейся из причёски одинокой седой пряди, а в общем впечатлении. Сеньоре было совершенно наплевать на то, как она выглядит. Неинтересно ей это было. Огонь в глазах зажигался, только когда она говорила о своём предмете — прикладной алхимии.

— Ну что, мальчики и девочки, — предвкушающе потёрла она руки, — готовы ли вы вкусить все прелести магической практики?

Выкрики «готовы», «разумеется» и «а зачем мы сюда пришли, по-вашему» она восприняла как само собой разумеющееся и продолжила речь:

— Сегодня вам предстоит сварить своё первое зелье, но, если будет на то воля Двуединого, не последнее. Чего только вы не будете варить. Ох и надоест же вам моя дисциплина.

Она обвела всех хитрым взглядом, и студенты тут же дружно принялись уверять, что не надоест и что им не терпится приступить к занятию.

Но сразу же к занятию нас никто не допустил. Сначала была прочитана короткая лекция по технике безопасности, главным выводом которой было: кто умрёт, тот виноват сам. Потом нам показали оборудование, которое будет использоваться сегодня, и раздали листочки с чёткими инструкциями. Причём, кроме инструкций, в скобочках было указано, к чему приводят ошибки. Я вчиталась, и ошибаться резко расхотелось. Нет, так-то ошибаться не хотелось и раньше, но я опасалась показать ненужные умения. Но лучше я покажу ненужное умение, чем обзаведусь ненужными пятнами или ненужными проплешинами.

— В конце концов, любой, кто хотя бы единожды что-нибудь готовил поесть себе или другим, без труда справится с заданием, — наконец оптимистично заключила сеньора Сапасар и широким жестом предложила нам занимать рабочие места.

О плотном завтраке я пожалела сразу, потому что отпугивающее нечисть зелье, которое мы готовили, оказалось необычайно вонючим, начиная с первой же стадии.

Подозреваю, что оно отпугивало не только нечисть, но и всех, у кого обоняние было хотя бы в зачаточном виде, потому что находиться вблизи источника этого аромата было почти невыносимо. Удивляло, что, кроме меня, никто не морщился и не удерживал позывы к рвоте.

— Сеньора Сапасар, а зелье должно так вонять? — поинтересовалась я на всякий случай.

Она подхватилась, подбежала ко мне и недоумённо поводила носом.