Между Сциллой и Харибдой

Мы выполнили ваше условие, выполните и вы наше.

— Поймите меня правильно, — начал юлить Бернар, — нас с каждым годом остаётся всё меньше и меньше. Мы не собирались вас обманывать, но я разбудил одного из наших и только тогда догадался посмотреть не только его, но и себя. Единственная, кто у нас тесно связан с этим миром, — это Альба. Все остальные сейчас очень слабы, им потребуются годы и годы, чтобы восстановиться и получить крепкую привязку к хозяину. А значит, у них очень высокая вероятность погибнуть вместе с вами при закрытии межмировой щели.

И это я ещё молчу, что если нас заметят снаружи до того, как вы закроете пробой, то мы автоматически станем целью для любого фамильяра Сиятельных, посчитающего нас предателями, а ваша миссия станет всеобщим достоянием. А уж если вы потерпите фиаско, то нас наверняка добьют. Причём всех: и тех, кто примкнёт к вам, и тех, кто сейчас спит. Я в первую очередь должен беспокоиться за своё сообщество, ради которого клятва и была дана. То, что вы подобрали будущих хозяев, — замечательно, но договор вступит в силу только после закрытия щели. И тогда же новоявленные хозяева получат доступ в библиотеку Сиятельного корпуса. Это было частью нашего соглашения, которое нельзя изменить. Фактически мы попали в ловушку обоюдной клятвы.

— Я вас прекрасно понимаю, — сказал Рауль, — вы заботитесь о тех, кто вам подчинён.

Только сказал он это весьма холодным тоном, намекая, что не склонен прощать обман, пусть и непреднамеренный.

— Именно, я не могу допустить, чтобы погиб кто-то из наших, — подтвердил горгул.

— Кому, как не вам, это понять? Вы вообще были готовы отказаться от права на престол ради блага подданных.

— Только выяснилось, что это всего лишь отсрочит гибель страны, и вас в том числе, — счёл необходимым напомнить Рауль. — Нам нужна эта библиотека, поскольку мы не можем пренебрегать ни малейшей возможностью узнать что-то важное. Следовательно, вы тоже заинтересованы в том, чтобы мы туда попали.

— Но клятва… — простонал горгул. — Она не даст возможности пустить вас туда, пока пять фамильяров не обретут хозяев, понимаете, сеньор? Мы бы рады, но…

Он развёл в стороны одновременно передними лапами и крыльями, показывая своё огорчение, но не предлагая ничего взамен.

— Но ведь здесь куча фамильяров, которые утратили хозяев и остались в живых, — намекнула я. — Более того, они привязывались к семье.

— Вы сами ответили — к семье, — вздохнул горгул. — Связь общая, и разрыв не так сильно бьёт по фамильяру.