Практикующий. Сделка с вороном

Высший уровень его доверия, несомненно.

— Спасибо, что поддался на уговоры Насти и Вари и провел ритуал по поиску фамильяра, — так же тихо ответила я, боясь спугнуть то, о чем изначально опасалась заговаривать. — Там, на крыше, когда я сказала…

— Я не отказываюсь, — пробормотал Яблонев мне на ушко, и это… стоило всего.

Значит, мы останемся честны и не будет отговариваться адреналиновой ситуацией, в которой чего только не ляпнешь. Три заветных слова, понятных на любом языке мира, могут вылететь неожиданно, адресованные кому угодно на волне настроения, но это не наш случай.

— Очень хорошо, потому что я — тоже, — уже куда увереннее заявила я, справившись с собой. Зубы сомкнулись на шее коротким укусом, я дернулась всем телом, жмурясь от вспышки удовольствия. Только Влад может оставить последнее слово за собой, ничего при этом не говоря. Впрочем, такая точка мне нравится, грех жаловаться.

— Останешься на ужин? — спросила я, когда, отстранившись, ведьмак сообщил о необходимости выйти и покурить.

— Только если ты пообещаешь, что мне достанется хотя бы одна отбивная.

— Так и быть, — манерно взмахнула я рукой. — Одна достанется.

Обувшись, парень посмотрел на меня вопросительно:

— Я буквально чувствую, как свербит твое любопытство. Что?

— Серьезно, как мама утром с тобой поговорила? — выпалила я на одном дыхании, уже несколько часов мучимая этим вопросом. Прошлая встреча и попытка вместе поужинать провалилась с треском, и я не хотела повторения даже чего-то отдаленно похожего.

— Успокойся, — улыбнулся Влад. — Она поменяла свое мнение. Вообще-то, она даже обняла меня утром, когда я зашел, и извинилась за свое поведение.

— О, здорово, — моргнув, я широко улыбнулась, окрыленная этой новостью. — Значит, все в порядке, да?

— В полном, не переживай, — накинув куртку, Яблонев вышел из квартиры, прихватив ключи.

Вид того, как он перешагнул порог, и дверь закрылась, на секунду кольнул странной тревогой.

Игнат и его возможное возвращение.

Отец-фамильяр и дядя-практикующий с багажом из семейных тайн и перспективой серьезного разговора.

Девять месяцев до отмены клятвы Яблонева, которые надо как-то пережить, не ставя при этом под угрозу все значимое для темного.

Просевшие отношения с мамой, где неясно, как и к чему подступиться.