Истинная по расчету

***

– Когда я услышала о переводе к ведьмам, я так обрадовалась, – хлопотала вокруг меня целительница спустя час после событий в столовой. – Думала хоть теперь реже будешь показываться, но нет, – воскликнула она, – первый учебный день и ты тут.

– Извините, – пробормотала я, поддерживая ушибленное плечо, оно, как и вся левая рука, плохо слушалось и сильно болело.

– Выпей сейчас, – сунула целительница в руки стакан, – и немного полежи.

– Хорошо, – кивнула, послушно выпив содержимое стакана.

Пробуждение было резким, темнота отступила, чтобы тут же погрузить комнату в полумрак.

Оказалось, я проснулась уже глубокой ночью, чувствуя сильную боль в плече. Наверное, и проснулась поэтому. Попробовала сесть на кушетку, полулежа повела больным плечом и не сдержала болезненного вскрика. Здоровой рукой ударила кулаком по кушетке, из глаз брызнули слёзы.

– Что ж так больно, – проскулила я, бросая слова в пустоту.

– А зачем Вы бросились на защиту на такой силы пульсар? – ответила тишина.

Я замерла, понимая, что в палате не одна.

Этот кто-то сидел на стуле рядом с тусклой лампой. Как же я не почувствовала чужого присутствия? Наоборот было тепло и уютно. И он видел все? Ненавижу показывать свою боль…

– Долго будете озираться по сторонам, как беспомощный котёнок перед морем? – ох уж этот ледяной насмешливый тон.

– Вам не кажется, что для посещений слишком поздно?!

– Я здесь, чтобы убедится, станет ли на одну безголовую на моём курсе меньше, – магистр встал и приблизился ко мне, его глаза искали что-то на моём лице и похоже находили – слёзы, – или придётся терпеть всех восемнадцать тронутых на голову…

Говоря это, он резко наклонился, положил ладонь на больное плечо и запустил какой-то импульс.

– Что Вы…

– Все же восемнадцать, – перебил меня магистр и, поймав мой возмущенный взгляд, задержался на несколько секунд, а после отстранился и вообще отошёл к двери. – Завтра первое занятие – больное плечо не станет уважительной причиной для отсутствия.

Он вышел из палаты и тут же зашла госпожа Киллус.

Вручила ещё один отвар, обрадовала, что завтра могу присутствовать на теоретических занятиях.

Отвар был с эффектом снотворного, но сон не шел. Его глаза насмешливо смотрели, хватило тех нескольких секунд, чтобы они отпечатались в памяти. А кроме этого не покидал вопрос: что он делал так поздно ночью здесь? И то прикосновения ледяной ладони от которой разнеслось блаженной обезболивание. Закрывая глаза я проваливалась в синюю бездну без сопротивления уносящую все дальше.