Перо Феникса

А так же овладел более спокойным, тонким, менее заметным для объекта, влиянием на его энергополе (хотя про себя я его называю “эмоциональным полем” или “аурой”). Теперь могу незаметно сканировать и внушать слабые эмоции даже такому магическому монстру, как учитель. Как он сказал – “теперь уже больше похож на человека, хотя по-прежнему обезьяна с плазменной пушкой”. Главное, что с пушкой! А куда стрелять – я уже найду. Есть у меня на примете одна девица, чья задница так и напрашивается на крепкий пинок…

А если серьезно – я все еще никто и звать меня никак.

Мои способности по-прежнему ничтожны по сравнению с силами аспектов. Понимаю, что я замахиваюсь уж больно на нереальные высоты. Ведь по сути аспекты – те же боги. Но когда трудности меня останавливали?

* * *

И вот, однажды вечером, после очередной тренировки по погружению внутрь себя, перестройки внутренних энергетических каналов, перенаправлению энергии, ее концентрации и обратному распределению, я открыл глаза в готовности услышать критику в свой адрес и сравнению меня драгоценного с каким-нибудь очередным орангутаном.

Но увидел лишь расслабленное лицо Рудольфа с потускневшими глазами.

– Я исполнил свой последний долг. Ты готов.

– Как готов? Куда готов? Да у меня только-только получаться что-то начало! Еще много чему надо научиться! Да я же эта, обезьяна с пулеметом! Ну или как там было…

– Ты готов. Я научил тебя всему, что знал.

– А манипулировать внешними потоками? Обращаться со стихиями? Перемещать внутреннее зрение?

– Дальше сам.

Мдааа…. он и раньше не был болтливым (за исключением длинных и малопонятных лекций), но сегодня прям сам мистер лаконичность.

Не дожидаясь моих дальнейших возмущений, он направился к выходу. Я сразу же догадался, куда он держит путь – явно не за бутербродиком с ветчиной и сыром. Уже видел такое – душа Алины также внезапно изменилась, когда осознала и поверила в то, какие чувства я испытывал к ее версии из моего мира. И что я – не ее жених, который решил порвать с ней отношения после смерти.

Как и в прошлый раз, мы молча спустились в пещеру под особняком. Я видел много душ, уходящих сюда, но сейчас понял, что мне необходимо отдать дань уважения своему наставнику и проводить его в последний путь в этом пограничном, полуживом – полумертвом, мире.

Уже стоя возле памятного для меня бассейна, душа Рудольфа повернулась ко мне. И, неожиданно для меня, произнесла самый длинный монолог на моей памяти.

– В моем мире идет жестокая и несправедливая война.