Забытая эльфийка

У каждого, кто хоть раз попадал в наш сад, сразу возникало желание поселиться в собственном доме и завести подобную красоту. Но на самом деле это не так просто, как кажется. Подобное чудо требовало массу времени и усилий. Нужно любить растения всем сердцем, как моя мама. Иногда мне кажется, что у меня никогда не получится создать что–либо подобное.

Ника всегда восхищалась, попадая сюда, а сейчас просто тихо шла рядом. Она смотрела вперед, и казалось, ее взгляд не видел всей прелести, открывающейся взору.

Она была так глубоко погружена в собственные размышления, что не сразу заметила, что мы уже пришли.

Внутри наш дом мало чем отличался от сада. Передняя комната была огромной. Стены были задрапированы тканью нежно зеленого цвета. Потолок поддерживался колонами увитыми живыми лианами, а в центре был украшен круглым стеклянным сводом. Днем через него пробивались лучи солнца, ночью заглядывала луна в окружении мириадов звезд. А когда наступала зима, можно было наблюдать за танцем снежинок, которые, казалось, вот–вот ворвутся в комнату.

Закрытые тканью стены делали комнату похожей на огромный шатер, а разбросанные вокруг низкого столика плетеные циновки и бархатные вышитые затейливым орнаментом подушки предавали атмосфере что–то восточное. У основания стен стояли растения с раскидистыми ветками, которые полностью скрывали цветочные горшки. Из–за этого казалось, что огромный шатер раскинули прямо посреди леса. Растения сменялись в цветении одно за другим, и в комнате круглый год витал волшебный медовый аромат.

Мы с Никой не стали располагаться на удобных подстилках. Сейчас нам требовалось уединение, и мы отправились по витой лестнице с ажурными коваными перилами на второй этаж, в мою комнату. Это место, которого не коснулась талантливая рука дизайнера, то есть моей мамы. Поэтому спальня ничем не отличалась от среднестатистической комнаты девушки 21 века.

Кровать, стол с компьютером, книжные полки. Да я все еще предпочитаю читать бумажные книги.

Никакой экран и графика «древнего пергамента» не передадут то замечательное ощущение шероховатости под пальцами, аромат типографии у только что купленного экземпляра или пыльный запах старой, еще папиной книги.

У каждой из книг на моих полках своя история: как она попала ко мне, где была куплена, кем подарена, кто посоветовал мне ее прочитать. Одни я едва дочитала до конца, другие неоднократно брала в руки, когда мне было грустно.