Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!

Вместо этого он расслабленно заложил руки за голову и весело уставился на меня. После короткой паузы, выдал уже слышанное:

– Нет, ну вправду хорошенькая. Я думал, будет страш… хм…

Тунор осёкся. Более того, сразу закашлялся и вообще притворился, будто ничего не говорил. Я, осознав ситуацию, закатила глаза. Вирдж – тоже.

Зато Идгард хмыкнул и протянул задумчиво:

– Брюнетка с тёмно‑карими глазами… Интересно, какими получатся дети?

Услышав это замечание, я подавилась воздухом, а Осб попробовал блеснуть интеллектом:

– Гены светлых волос и светлых глаз – рецессивные.

То есть дети будут брюнетами. Без вариантов.

Тут я не только подавилась, но и вспыхнула! И вошла в состояние, близкое к бешенству.

Чины и звания были резко забыты, высокое положение семьи тес Вирион – тоже. А к желанию убить Вирджа добавилось ещё одно – прибить всю эту бессовестную компанию!

– Теперь понятно, почему вы все неженаты.

– Да? – оживился Селвин, в голосе послышались хитрые нотки. – А если поподробнее?

Он, разумеется, подтрунивал, но озвучить подробности я всё же собралась.

Правда, не успела – будущий великий скульптор снова вспомнил о статусе возлюбленного и прорычал:

– Вы! Отстаньте от неё! Сейчас же!

Селв притворился, будто послушался, – то есть он как бы отстал, но было совершенно очевидно, что это тактическое отступление.

Зато на Осберта грозный рык не подействовал…

– На самом деле причина в другом, – заявил он.

Прозвучало настолько загадочно, что сами боги велели растерять всю злость и полюбопытствовать.

Да, боги велели, но я не подчинилась – шумно вздохнула и вновь уставилась в окно.

Секунда на созерцание дорожного пейзажа, и я подпрыгнула, пронзительно взвизгнув! И не сразу сообразила, что такую реакцию вызвал некультурный тычок пальцем в рёбра.

После моего визга прозвучало:

– А наша Айрин боится щекотки… – Осберт.

– Не ваша, а моя! – прошипел Вирдж и повторил яростно: – Отстали от неё! Сейчас!

Великовозрастные оболтусы в количестве четырёх особей в который раз зашлись смехом, а я засопела.

Просто этот тычок… Это действительно было дико щекотно. И совершенно не смешно!

Когда приступ мужского веселья миновал, младший судья Верховного суда повернулся ко мне и сказал:

– Айрин, неужели не интересно?

Он, конечно, намекал на причины отсутствия жен, и я отрицательно качнула головой. Может, и интересно, но мне вполне хватало тех выводов, которые сделала сама.

– А я всё равно скажу, – выдал Осб. – Дело в традициях.