Иди к черту, ведьма!

Это невозможно!

Ева продолжала вертеть в руках кошелек. При свете дня тот казался совершенно непрезентабельным: из него торчали нитки, кожа была покрыта потертостями и царапинами.

— Просто попросил, — скромно ответил Варфоломей, хотя и был доволен.

— Угу, — отозвалась Ева. — Я еще могу представить, что они отдали тебе кошелек. Он ценности не представляет. Но деньги?

— Возможно, в них проснулось то... что вы называете совестью.

— Всякое случается,— философски заметила Ева. — Только один момент: в кошельке было пятнадцать евро, а вернули почему-то пятьсот шестьдесят четыре.

Тут Варфоломей понял, что перестарался. Но если он и вынес что-то из отношений с Кайли, так это то, что обезоружить и отвлечь женщину от какой-то идеи довольно просто: нужно с ней категорически согласиться.

— Да, Ева, ты совершенно права, — сказал Варфоломей.

— Но я специально не ношу деньги в кошельке! Это первое, что крадут из сумки. Деньги и карточки у меня в потайном кармане.

— Очень разумно, — похвалил Варфоломей.

Ева коротко улыбнулась.

— Воры что — возместили мне моральный ущерб?

— Да.

— Варфоломей?

Ева остановилась и ухватила черта за руку.

Он не сдавался:

— Да?

— Ты что... Только что ограбил воров?

— Нет, я хотел, чтобы они вернули твои деньги, но так получилось.

У Варфоломея был такой обескураженный вид, что Ева рассмеялась, заразительно и искренне.

— Идем, — сказала она и взяла черта под руку. — Нас ждет Венеция, и мы с тобой немножечко богаты.

***

Ева с Варфоломеем стояли перед небольшим, внешне не примечательным колодцем.

— В этот колодец бросилась венецианка. От большой, но несчастной любви, — он хмыкнул.

Ева кивнула. Она оперлась на Варфоломея: ей нравилось чувствовать близость его крепкого, сильного тела. Дыхание щекотало кожу, и если бы Еве вздумалось придвинуться к нему еще хоть на миллиметр, его губы коснулись бы ее уха.

Со стороны они выглядели, как влюбленная парочка.

— Ее душа не нашла упокоения, и она стала призраком. Хм-м... В общем, считается, что если в колодце пересыхает вода, виновата эта самая Белая Дама.

— М-м-м... — Еве ужасно нравилось стоять вот так. — Прямо волшебный город. Одна мистика кругом.

Варфоломей промолчал.

— А что было дальше? — спросила Ева.

Туристы шумной группой продолжили забег по достопримечательностям.