Задача первая: учиться!

Надо ли говорить, что моё любимое летнее платье было светло-голубого оттенка, и мы сейчас выглядели точь-в-точь как пара с какого-нибудь буклета о медовом месяце? Зрители оценили.

Артур протянул мне руку, сделав несколько шагов навстречу. Наверное, предполагалось, что я вложу в неё свою ладошку и со стоном упаду в его объятия. Вместо этого я скрестила руки на груди и посмотрела на него исподлобья.

— Ведьмочка, — обаятельно улыбнулся он, чем вызвал восхищённый «ах» у досужих зрительниц.

На меня смотрели десятки женских глаз, в которых читались одновременно зависть и восторг.

— Не надо так смотреть, он переспал с моей сестрой, — уверенно соврала я в сторону аудитории, чем вызвала сначала удивление, а потом смешинки в его глазах.

— С обеими сёстрами, мамой и бабушкой, — бархатным голосом добавил он, а я от неожиданности хихикнула.

Аудитория замерла в шоке.

— И прабабушкой, — добавила я, вздёрнув подбородок.

— У неё очень красивая прабабушка, — он пожал плечами и примирительно улыбнулся, чем окончательно сразил случайных наблюдательниц.

— Правда, дементная и ходит под себя, — мстительно фыркнула я.

— Но всё ещё полна шарма и обаяния, — одарил он меня голливудской улыбкой.

Вас когда-нибудь сносило волной шёпота? Странное ощущение, скажу я вам. Тем не менее, от нас отстали, и Артур плавно указал на одно из мест той самой протянутой рукой, которую я не взяла. Надо же, как изящно. Можно подумать, что так и было задумано.

Сев за столик, я огляделась. Вынуждена признать, что тут было не просто красиво, а до душевной дрожи прекрасно. С наших мест виднелось только море, ветерок трепал ткань балдахина, скрывая другие звуки, а на столе в вазах мерцали свечи и благоухали свежие цветы. Я скептически проигнорировала глянцевый романтизм и дрожать душой отказалась наотрез.

Пока сверлила его обворожительную улыбку недовольным взором, нам начали приносить еду.

— Ты уже сделал заказ? Решил за меня? Предпочитаю выбирать сама, не буду есть то, что заказал ты, — сердито бросила я, переходя на ты и раздражаясь всё сильнее от вида его довольного лица.

Вот бесит, гад!

— Не будешь? Ни лобстеров, ни кальмаров, ни суп из креветок, ни запечённые с сыром мидии?

Лобстеров, конечно, хотелось. И кальмаров. И всего остального. Глядя на моё замешательство, он ещё сильнее развеселился, чем окончательно разозлил. Даже голод немного отступил.