Миа: Тьма над Горным краем. Часть 2

Силаб всегда критиковал действия властей. Дай ему волю, он свергнет древнюю династию дей’Дирков, потому что отрицает государство как понятие. Тебе ни к чему вникать в подобные теории, дитя.

— Он желает примириться с вами, Рик. — Я достала из сумочки книгу и показала ее принцу. На светло-коричневой обложке тускло поблескивало выведенное золотом название: «Мир и терпимость» — в этом весь учитель и его жизненная позиция! — Это подарок от мэтра Силаба для вас, жест доброй воли и примирения.

Принц настороженно посмотрел на книгу, которую я ему протянула.

— Вот как? Ты виделась с ним? — его голос прозвучал несколько холодно и напряженно.

— Нет, он передал этот скромный дар через одну из служанок вашего брата, — Я закусила губу, уже почти уверенная, что принц откажется. Его нерасположение меня не пугало — тревожила возможная опала старика-гнома. Пока что у него есть должность в магической академии. Не хотелось бы, чтобы Силаб лишился места из-за того, что я не смогла выполнить поручение и примирить его с принцем.

— Отлично, — сказал принц, протягивая руку к томику. Я мысленно возликовала. — Вижу это редкий экземпляр трактата…

Но договорить дядя не успел. Едва его пальцы коснулись книги, она изменилась: светло-коричневая кожа вмиг истаяла, являя нам то, что скрывала иллюзия — черную блестящую коробку с единственным словом на крышке: «СМЕРТЬ».

Еще одно мгновение — короче, чем удар сердца — и мир поглотило черное пламя.

14. Ступор

Тьма черная, клубящаяся, шепчущая что-то зловещее. Знакомая мне. Насылающая смертельные запрещенные проклятия.

Я не сразу поняла, что происходит. Плотным коконом темная пелена обступила нас с принцем. Сознание вдруг затуманилось и не возникло даже мысли о том, чтобы бежать и спасать свою жизнь. Волю парализовало, инстинкты отключились. Казалось, ступор длится часы, но на деле прошло лишь несколько секунд.

Затем Рик вырвал зловещую коробку из моих онемевших пальцев, сбил меня с ног и упал сверху. Сильно ударившись спиной, я задыхалась под его ужасно жестким и тяжелым телом.

А потом полыхнул взрыв такой мощности, что на несколько минут я почти ослепла и оглохла. Когда пришла в себя, почувствовала, что тело принца, прикрывшее меня, обмякло, стало совсем уж неподъёмно тяжелым, и это возвратило меня к действительности быстрее, чем целительские чары.