Особенности фиктивного развода с крылатым

— Я… может быть, вызовешь скорую?

— А, вот что ты задумала. Упорхнуть от меня таким образом. Ну-ну.

Ну, не такой уж и плохой план. Ярослав покачал головой и вышел в коридор, а вернулся с бутылочкой, в которой бултыхалась прозрачная жидкость.

— Регенерирующее зелье. Пей немедленно.

«Не стоит переводить продукт, оно уже само затянулось», — подумала я, но зелье послушно выпила.

Иначе придется объяснять, почему у меня такая хорошая регенерация.

— Яр, вот смотри, уже почти затянулось. — Я продемонстрировала ему руку, на которой действительно порезов уже почти не осталось, так, пара царапин с проступающими бисеринками крови.

Яр сделал несколько вдохов, выдохов, скептически меня осмотрел, но его глаза оставались напряженными, как у хищника, готового к прыжку. Я знала, что он не успокоится так легко. С другой стороны, вполне в духе находящейся на перепутье студентки в нестабильной психической обстановке.

— Еще одна такая выходка, — сказал он тихо, все еще держа полотенце на моей руке.

— И я на тебя смирительную рубашку надену. Если думаешь, что подобное поведение, поможет тебе от меня избавиться — ошибаешься. Я только еще сильнее уверился в том, что тебе просто необходима моя помощь.

Я вздохнула, стараясь скрыть внутреннюю дрожь. Дошло ли мое послание до адресата?

— Сейчас принесу аптечку. — он первый отвел глаза, и поднялся, выходя из кухни.

— Я сама. — вскочила, продолжая прижимать полотенце к руке.

Даже с учетом повышенной регенерации благодаря зелью низшая нечисть, к которой относилась так же и Майя, не может излечиваться так же быстро, как и я.

Хоть царапины да останутся. А у меня уже, судя по ощущениям кожа абсолютно цельная. Придется хотя бы лейкопластыри сверху налепить, чтобы не вызывать подозрений.

Ярослав, который, судя по всему, настроился сам обо мне позаботиться, довольным не выглядел, но спорить все же не стал.

Видимо опасался, что я еще что-нибудь выкину.

— Если ты снова попытаешься выкинуть что-то подобное, я не буду столь снисходителен.

— сурово произнес он, прежде чем выйти из гостиной, в которой я расположилась.

Я проводила его грустным взглядом, с ощущением сожаления. В голове мелькнула картинка того, как он осторожно дует на мои порезы, смазывает их йодом и бинтует мне руку.

«Так, так, так! — мысленно отвесила себе подзатыльник, — Это что за мысли такие?»

Через минут десять место порезов было залито зеленкой и заклеено лейкопластырем. Похожу так пару дней.