Королева теней. Двойная звезда (том второй)

Если отец узнает, что его наследник не проводит ночь дома, как положено порядочному юноше… Наверное, лучше встретиться с умертвием!

Хру-у-уп…

Да где же оно? Слева… или нет, справа! Там, где его заслоняет фамильный склеп Корсонов! Огромный, высокий, вычурной постройки, желтый, как сыр, в этом проклятом лунном свете!

Хруп-хруп-хруп.

Пальцы сами собой сомкнулись на рукояти рапиры. Оно учуяло Аластора! Точно учуяло, иначе зачем бы ему так торопиться? Боится, небось, что поздний ужин сбежит!

А не дождетесь, почтенная нежить, наследник лорда Вальдерона никогда не покажет врагу спину! Интересно, обрадуется ли отец, если Аластор принесет ему голову неведомой нежити для зала фамильных трофеев? Страшную, кошмарную….

То есть внушающую благоговение голову, вот! С тремя рядами ядовитых клыков, покрытую шипами и с горящими красными глазами! Ох, Пресветлый, помоги справиться с таким чудовищем…

Хруп.

Неведомая нежить наконец показалась из-за склепа. Длинный черный саван еле заметно колыхался, словно чудовище плыло по воздуху.

Голову нежити покрывала длинная рыжая… шерсть? Или грива? Морда была столь похожа на девичье личико, что у Аластора встали дыбом волосы. Лучше бы это был упырь! А это — обманник! Точно-точно, старая экономка в усадьбе рассказывала об этих тварях. Притворяются прекрасными девами, завлекают юношей и выгрызают им сердце! Да, именно! Вон, сжимает что-то в руке… то есть в лапе…

Что-то, похожее формой на яблоко. Да-да, надо думать об этом, как об обычном яблоке...

Обманник поднял лапу ко рту — и тишину прорезал мерзкий влажный хруст.

Аластор даже задохнулся от ужаса и отвращения. На целое мгновение задохнулся! Но потом!

Существо издало какой-то странный сип, словно подавилось, подняло голову, уставилось на Аластора снизу черными провалами глаз и загробным голосом прохрипело:

— Ты что, дурак — ночью на кладбище орать?! А если бы я сюда не пришла?! Вот накликал бы упырей на свою голову!

«Если бы ты не пришла, я бы не орал!» — зло подумал Аластор и тут же осекся.

Нежить же не умеет говорить! Это всем известно! Но если это не нежить, то кто? Глядя сверху, с крыши склепа Корсонов, на рыжую шевелюру и темный саван, оказавшийся обычной теплой накидкой, он почти понял, кто может ходить ночью по кладбищу, но тут совсем рядом — и не с одной стороны, а со всех одновременно! — завыли.

Только теперь Аластор понял, что никогда не спутает голос обычной живой девчонки с тихим, вибрирующим, пронизывающим насквозь, вымораживающим нутро воем нежити.