Королева теней. Двойная звезда (том второй)

— Клянусь Претемнейшей, если вы привлечете хоть чье-то внимание к комнате этой девицы — горько пожалеете!

Юнец смолчал, только попытался освободить воротник, но Грегор мстительно не позволил и разжал пальцы лишь, когда доволок наглого мальчишку до самых дверей холла.

— Забудьте сюда дорогу, — повторил он, глядя в налившиеся кровью голубые глаза. — Вы меня поняли?

— Вы!. — шепотом вскрикнул юнец. — Не смейте мне приказывать, слышите?! Я тоже дворянин, я... я требую, чтобы вы извинились! Или… или я вызываю вас!

— Я не убиваю бестолковых щенков, — процедил Грегор, едва сдерживаясь.

— Но если вы еще раз появитесь рядом с этой адепткой, сделаю исключение. И не думайте, что ваша смерть будет легкой. А теперь потрудитесь вспомнить, что у вашего отца только один наследник, и проваливайте!

— Щенок, лорд Бастельеро, может вырасти в волкодава, — произнес странно успокоившийся вдруг мальчишка отчетливо, будто давал клятву. — Возможно, однажды он вырвет вам горло!

— Поговорим об этом, когда вырастете, — бросил Грегор.

— Дежурный!

— Мэтр Бастельеро? — выскочил как из-под земли дежурный маг в синей мантии ровно в тот момент, как Грегор вспомнил, что когда он ворвался в общежитие, дежурного нигде не было.

Или он спал на посту, негодяй? Что за безобразие творится в общежитии? В него, выходит, может ворваться кто угодно и вломиться в комнаты адепток?! Нет, конечно, большая удача, что именно сейчас дежурного не оказалось на посту, не хватало, чтобы о скандальной выходке Ревенгар узнал кто-то посторонний, и все же… отвратительное разгильдяйство!

— Потрудитесь проводить юношу до ворот, — бросил Грегор мрачно.

— И узнайте, не приехал ли мэтр Денвер. Если приехал, то передайте, чтобы не проводили дознание без меня.

И направился к лестнице — следовало немедленно поговорить с Ревенгар!

У ее двери Грегор снова остановился. Постучал — кто знает, вдруг девчонка переодевается? Не стоило бы входить без предупреждения… Да что там, и в первый раз не стоило!

«Видит Претемнейшая, — подумал Грегор с внезапно накатившей мучительной неловкостью.

— Будь я уверен, что она жива, не стал бы вламываться таким образом! И, что бы там ни было, стоило расспросить ее, прежде чем… а, к Барготу! Что сделано, то сделано — главное, не совершать подобного в дальнейшем!»

Дверь открылась, и Ревенгар, иссиня-бледная и какая-то ужасно решительная, замерла на пороге, глядя на Грегора, как приговоренная к казни.