Долгождана и князь-отступник

Жданка взвизгнула от восторга, но Вячко грубо оттолкнул её за спину, предупредил:

– Не подходи к нему! Может, в нём до сих пор хранится небесный огонь.

Девка не стерпела такого и отбросила руку Вячко с плеча. А он только взглянул на неё очами, в которых снова мелькали молоньи. И Жданка почему-то смирилась.

Вячко подошёл к камням, стал водить по странным высеченным знакам ладонью, огрубевшей от работы, и шептать незнакомые слова.

– Вячко! Ты чего?.. Пойдём отсюда, – позвала оробевшая Жданка.

– Беда… Беда… Беги в село, расскажи всем, пусть мужики или староста скажут ведуну, что нашу землю отметил…

Жданка в тот же миг забыла имя того, кто отметил их село, но помчалась, бросив корзинку с кислицей на берегу реки.

На бегу поняла, что ей никто не поверит, и свернула к полям, где под присмотром Ждана наймиты пахали землю.

– Батюшка! – бросилась она на колени в борозду земли перед отцом. – Вячко нашёл на камне имя того, кто наше село отметил грозой и камнепадом! Нужно тотчас ведуну сообщить!

Ждан утёр рукавом пот со лба, поднял дочь, развернул к дому и поддал ладонью, похожей на лопату, пониже дочкиной спины:

– Ступай домой, делом займись.

Жданка залилась слезами, но не от обиды, а оттого, что её не понял единственный человек, в которого она верила пуще, чем в неведомый Род. И до отца что-то дошло: не посмело бы чадо отвлечь его от работы в страдную пору. Значит, в самом деле случилось что-то важное. Он махнул рукой наймитам, чтобы продолжали пахать, схватил дочку за плечо и зашагал семимильными шагами к лесу и реке.

Жданка несколько раз споткнулась и упала, но без жалоб поднялась и бегом припустила за отцом.

А на берегу они увидели страшное: возле камня словно бы неизвестный великан вырыл борозды, вывернул пласты дёрна. И в одной борозде лежал лицом вниз бездыханный Вячко.

Ждан подбежал к приёмышу, встряхнул его, пошлёпал по щекам, которые были белы, как снег. Голова парнишки мотнулась несколько раз, из-под длинных чёрных ресниц мелькнули белки закатившихся глаз.

Жданка завыла: помер названый брат, горюшко! И зачем она только оставила его одного! Отец шикнул на неё, подхватил Вячко и понёс в село.

А на дворе приёмыша долго отливали холодной, прямо из колодца, водой. Когда он затрясся, заплевался и попробовал подняться, Ждан спросил его:

– Кто?

Вячко поднял взгляд к небу, но промолчал.

Жданка, у которой от слёз опухли глаза и раздулся, как картошка, нос, ничего не поняла. Кроме того, что отцу и приёмышу что-то известно.