НИИ ядерной магии ТОМ 3 (заключительный)

Когда он вновь поднял веки, увидел, как сыновья Бати Каракулина замерли на месте, не донеся ложки до рта. Приборы, не выдержав такого невнимания, упали на тарелки, расплескав содержимое. Однако, молодые люди не шелохнулись, в ужасе глядя на что-то за спиной Красибора. Невозмутим оставался лишь Батя Каракулин, который допил содержимое через край тарелки, сыто рыгнул и вытер усы. Только после этого он обратился к Красибору:

— Ладно, прячь зверюгу и пойдём тренироваться. Учиться тебе не переуичиться, всей жизни не хватит.

Но до вечера я обучу тебя трём заклинаниям. Что-то назревает, все это чувствуем. Чем бы не закончилась грядущая ночь, ты будешь готов дать отпор, Красибор Бологов, сын магии.

Глава 5

До дня рождения Арифметики 11 часов

«Если налим — то в духовку. Если ленок — то гриль. Если таймень, то... — размышлял Александр, глядя на мерно покачивающийся поплавок. — Что ж, если таймень, то отпущу».

— И кого ты ловишь на эту тростинку? — раздался насмешливый голос за спиной.

— Рыбу. Мокренькую такую, — Александр добродушно ухмыльнулся, закрепил удочку в земле и, не оборачиваясь, откинулся на спину.

Он точно знал, что опустится головой на тёплый мех и услышит над ухом недовольное лисье сопение. Так и вышло — Лис услужливо подставил бок, а сам обвился вокруг друга и уложил голову тому на плечо.

— Угостишь?

— Обязательно. Если кого-то поймаю на эту, как ты говоришь, тростинку. Спиннинг не брал, так что вся надежда на зачарованную наживку.

— Это какая? Вкусная, хе-хе?

— Она как печёночное печенье. Рыба если увидала — всё, пиши пропало.

— Может, ну её, рыбу эту? Пошли печенье печь?

— Давай утром?

— Ну а чего ж не утром, давай утром, хе-хе.

Несколько минут они лежали молча, закрыв глаза и прислушиваясь к мерному журчанию воды да шелесту листвы. Пока Лис не спросил вкрадчиво:

— Что, прятаться решил?

Александр вновь вздохнул, в этот раз печально и устало:

— Да.

— И не претит, хе-хе?

— Меньше половины дня осталось потерпеть, и я выполню свою часть сделки, Лис.

Облажаться сейчас, в шаге от конца, будет слишком ху... паршиво.

— Первое слово-то получше подходит, хе-хе.

— Так ты у нас Лис-матершинник, выходит, — усмехнулся Александр. — Нехорошо это.

— Ой, на совесть не дави, хе-хе. Сам отучился, а другим даже насладиться не даёшь. Кто ты после этого?

— Очень вежливый человек.

Лис только фыркнул в ответ. Он потянулся всем телом и почти мгновенно задремал.