НИИ ядерной магии ТОМ 3 (заключительный)

Они были выполнены из матового белого стекла и украшены тонкой росписью: глазки, перья, клювики. Каждая птичка светила ярким тёплым светом, но у одной был отколот хвостик. Фима присмотрелась: каждая из люстр имела какое-то повреждение: трещинку или скол. На большой хрустальной сильно поредела одна из сторон — там явно недоставало сияющих капелек.

— Обычно алтари создаются для конкретных людей, — начал объяснять Александр. — От этого зависят цвет, размер, сложность механизма. Но я также всегда имею один или два готовых алтаря со средними параметрами.

Иногда семьи не готовы ждать несколько недель.

— Понимаю, — Фима медленно кивнула, с благоговением подходя к столу.

На нём лежало множество маленьких деревянных фрагментов, а в центре расположилось готовое основание пирамиды. Изнутри было хорошо видно, что оно состояло из десятков кусочков, дощечек и заклёпок. Однако снаружи вся эта конструкция будет выглядеть как деревянный массив с идеально выструганными гранями. Ни единого шва не заметит человеческий глаз, и только те, кто алтарь заказал, будут знать, где располагаются подвижные части.

Обычно изнутри алтари видели лишь трое: алтарный мастер или мастерица, их ученики да мертвецы, что находят своё последние пристанище в недрах пирамиды. Фима чувствовала себя очень странно, но решила обдумать свои ощущения позже, а сейчас, подгоняемая любопытством, с жаром рассматривала всё, что показывал ей Александр.

— Для подгонки деталей мастера входят в транс, чтобы оказаться на одной струне с будущем алтарём, — объяснял он.

— Струне?

— Это как... — он глубоко вздохнул, задумавшись, — Как настройка антенны. Сначала видишь лишь помехи, потом — за помехами часть картинки, а если хорошенько по телевизору пару раз стукнуть — получишь чёткое изображение. Вот быть на одной с ними струне — равно видеть чётко картинку.

— И чем ты стучишь по своему телеку? — улыбнулась Фима.

— Вот этим, — он отошёл чуть в сторону и достал с низкого стеллажа прозрачный флакончик.

На полочке остались стоять ещё пять таких же.

Жидкость, плескавшаяся внутри, выглядела абсолютно обычно — вода как вода, что по плотности, что по цвету. Но стоило Александру потрясти пузырёк — и наполнение его изменилось кардинально. Жидкость стала более тягучей и приобрела ярко-красный цвет, будто флаконы были наполнены артериальной кровью.

— А что это? — Фима с опаской глядела на то, как таинственный напиток вновь становился прозрачным.

— Зелье, — Александр пожал плечами.