Мама для княжны

Преображение и инструктаж

День второй в другом мире

– Мисси, мисси!

«Да что же такое… кто там какую-то миску не может найти? Поспать не дают нормально» – мысли ворочались медленно, лениво. Что уж говорить про моё тело, объятое какой-то необыкновенной, прямо-таки волшебной негой.

Именно странность и непривычность такого состояния, а не трясущая меня за плечо рука, растормошила память, и я окончательно и бесповоротно проснулась.

– Ну, ты и спать, – демонстративно утирая лоб ладонью, выдала Гайра, с укоризной глядя на меня сверху вниз.

– Уже даже испугаться успела. Хорошо хоть дыхание было, да и тёплая…

Тут мне пришлось откашливаться, потому как подавилась воздухом от такого предположения. Я, конечно, отправилась в другой мир, но умирать не собиралась и не собираюсь!

Встала и с удовольствием потянулась, ничуть не стесняясь того, что нахожусь перед посторонним человеком в ночной рубашке.

Эта ночная рубашка настолько пуританская – закрывает меня от подбородка до кончиков пальцев на руках и ногах.

Ткань плотная, но приятная к телу. Эдакий серенький балахончик.

– Мне срочно надо… умыться, – вовремя вспомнила о том, как вчера меня никуда не отпускали из комнаты, предложив справлять нужду на «ночную вазу», спрятанную в углу за шторкой.

Надеюсь, мне сейчас не предложат то же самое, а также кувшин с тазиком!

– Пойдёмте, – девушка накинула мне на плечи лежавший до этого момента на стуле халат и пошла на выход.

В конце коридора обнаружилась уборная с подобием унитаза и раковиной. Вода из по виду медного крана полилась, стоило подставить руки, как будто это не иномирный умывальник, а новомодный кран с инфракрасным датчиком.

У «унитаза» не было сидушки, сам он представлял собой вид короба с приличных размеров дыркой. Чем-то напомнило дачный туалет. Но при этом удивительно чистый. Даже воздух был какой-то свежий, как будто недавно проветривали. Наверное, дело в магии?

Но все мысли выветрились из моей головы, стоило оторваться от разглядывания местной сантехники.

Я в шоке смотрела в то самое зеркало, в котором вчера рассматривали мои недостатки.

Этой девушке я бы дала не больше двадцати лет. И то – с натяжкой. На лице, ставшем более… точёным, что ли, не было и воспоминаний о синяках – следствии привычки засиживаться допоздна за чтением или подготовкой к работе.

Глаза как будто стали больше.