Разлом. Столичный мажор. Книга пятая.

В вершинах, где сгорели два предателя, пробудилась сильная магическая буря и растеклась стайкой блуждающих огоньков по всем вершинам, после чего пентаграмма вспыхнула, явив внутри ещё одну.

- Внесите жертвы, нужно торопиться, связь очень неустойчивая, и я рассчитывал, что выступит больше противников, некоторые пока не решились противостоять мне в открытую, - произнёс глава ордена, с трудом удерживая магическое заклинание, невзирая на большое количество накопителей магии, носимых под одеждой в специальном жилете.

В помещение вбежало несколько человек в похожих одеяниях, и по залу разнёсся детский плач. Внутри пентаграммы вспыхнула ещё одна, пятиконечная, и лучи от неё протянулись до наружного круга, куда вбежавшие служители ордена положили спелёнатых младенцев, встав рядом с кинжалами в руках. По команде они вонзили кинжалы в сердца лежащих на полу детей, и крик стих, а по пентаграмме стали проходить всполохи ярко-алого цвета.

Внезапно произошёл мощный хлопок, и мелкую пыль разметало во все стороны. В пентаграмме заструился алый дым со всполохами молний и красных сгустков.

Все присутствующие рухнули на пол, упав на колени, и склонились в поклоне.

Второй хлопок материализовал фигуру ярко-красного существа с рогами на голове, нечеловеческим телом и звериным лицом.

- Зачем ты призвал меня в столь ранний час? - прогремел голос, от которого у одного из служек остановилось сердце, а других забила мелкая дрожь страха и паники.

- Повелитель, - сказал глава, глубоко поклонившись, но продолжая удерживать заклинание.

- Мы готовы приступить к первой части плана, но нам нужна энергия, избранный стал очень сильным за короткое время, при этом он уничтожил посланца Орды, мага крови уровня Магистр.

Мы можем не справиться с ним без вашей помощи, - с трудом выговаривая слова, произнёс глава ордена.

- Что же, я дам вам подавитель магии, но вы должны быть осторожны, никто не должен узнать, что вы на моей стороне. В моём окружении есть претенденты на его душу, и вы должны уничтожить его раньше, чем его душа окажется в руках моего конкурента.