Амос: Тайна Видящих

С ним рядом обнаружилась эльфийка, в красивом, чего таить, платье, в котором грудь чуть не вываливалась из выреза наружу. Она подхватила его под руку и повела в сторону выхода из зала. Со злости, залпом выпила пунш, даже не поморщившись от привкуса алкоголя (видимо, кто-то умный пронес всё таки спиртное) и сжала бокал так, что тот разбился мелкой хрустальной крошкой в моей руке.

— Что вы сделали? – спросил подошедший ко мне мужчина, перехватывая мою изранненую ладонь, и залечивая порезы.

Я посмотрела на него и спросила:

— А не хотите ли прогуляться?

Он удивлённо поднял брови, но всё же кивнул.

Языки белого пламени окружили нас плотной стеной, а затем также быстро опали, открывая моему взору городскую улицу. Но такое пламя я видела только у одного человека! Внезапная догадка тут же осенила меня и я обернулась к кавалеру с открытым ртом.

— Вы!.. – задохнулась от удивления и шока. — М-магистр!

Мужчина как-то печально улыбнулся и снял маску вместе с иллюзией внешности.

Теперь передо мной точно был магистр Эльсар!

— Догадалась, – хмыкнул он. —Сожалеешь?

И я знала, что он имел ввиду. Только почему-то вместо злости, раздражения, непонимания и прочего, я поняла, что ничего из этого не испытывала.

— Нет, – вырвалось у меня прежде, чем я успела обдумать какое-либо оправдание своему поведению на балу.

— Воронцова, а вы слышали об одной очень старой традиции? – весело поинтересовался ректор, беря меня под локоть, чтобы я ненароком не подскользнулась.

— Какой? – полюбопытствовала я, озираясь по сторонам.

Там, где мы прогуливались неспешным шагом, было чертовски красиво. Кажется, этот квартал в Сардаме называют Праздничным. И мне теперь стало ясно почему. На крыше каждого дома висели яркие, мигающие голубым, гирлянды. На окнах рисовали краской специальные узоры, веря, что те защищают от тёмных духов и прочей нечести. Дети запускали в воздух бумажных бабочек, которые выполняли самые виртуозные сальто, и весело смеялись.

— Чуть дальше, – указал магистр головой в прямом направлении, — есть одно дерево. Мы просто обязаны оказаться рядом с ним. Именно в эту ночь.

— Надеюсь, это не связано с каким-нибудь поцелуем под омелой, – пробубнила я под нос, но меня кажется услышали. Вон, как у магистра странно загорелись глаза. Только он решил промолчать, что удивило, ведь обычно он не прочь отпустить какую-нибудь колкость, и упрямо вёл меня вперед.