МагАкадемия. Истинная последнего дракона

Собственно, я и глаза-то открыла совершенно случайно, как раз, чтобы увидеть ветвистую и толстенькую, как столетнее древо, молнию, которая мгновенно испепелила атакующую руку. Можно сказать, повезло. Единственный неприятный момент – ноги ни с того ни с сего ослабли, а на лбу выступила испарина…

— К ректору! Немедлен… — преподаватель споткнулся на полуслове, — К декану эль Сэндо сейчас же! За применение запретных чар вас надлежит исключить из академии.

Каких запретных чар? О чём он вообще? От испытанного стресса, приправленного несправедливым обвинением, в глазах защипало, но я не могла позволить себе расплакаться, тем более что Алари, да и все остальные сокурсники в этот момент смотрели на меня и переглядывались с нескрываемым изумлением.

— Вы плохо слышите, ди Бэйл? Отправляйтесь к декану, — уже вполне спокойно повторил магистр Талас, — И, пожалуй… Римистас эль Тариол, проводите её, — на последнем ряду поднялся высокий длинноволосый блондин, а всё ещё стоящая напротив меня Алари сердито фыркнула, — Я рассчитываю, что сильнейший студент Факультета тёмной магии сумеет удержать ди Бэйл от глупостей, — преподаватель повернулся ко мне, — А вы сумели удивить.

Пять лет столь искусно прикидывалась никчёмной и бестолковой магиней, и вот поди ж ты.

Под гробовое молчание аудитории мы покинули класс и зашагали по пустым коридорам замка.

Хорошо хоть дали сопровождающего — сама я не смогла бы найти дорогу к кабинету Вэлфорда эль Сэндо даже под страхом смерти.

Римистас молчал и ни разу не взглянул в мою сторону, словно прогуливался в полном одиночестве. Не знаю, почему, но меня задело столь пренебрежительное отношение к собственной персоне.

— Скажи, а с чего преподаватель взял, что именно я использовала запретные чары? — задала вопрос и только тогда в сознании вдруг всплыло, что внимания этого парня всеми правдами и неправдами добивалась и никак не могла добиться авантюристка Мантиса.

Чё-ёрт, вот же «повезло»…

Мы остановились возле статуи женщины, которая взирала слепыми глазами куда-то вверх, наверное, призывала местных богов покарать того, кто отбил у неё нос и левое ухо. Здесь Римистас, наконец, соизволил посмотреть на меня — радужка его глаз была необычного сине-зелёного цвета, будто лениво перекатывающиеся волны в глубине необъятного океана.