Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде

— Но я бы просто…

— Я сказал, нет! — В голосе Каэма зазвенели металлические нотки, неприятно резанувшие по ушам. — Это не ярмарочный театр с куклами, Шиилит, чтобы любоваться издали, это война! Я запрещаю вам лететь туда. Вам же самой не понравится, — добавил он чуть мягче, — если увидите меня… в бою.

Я замолчала, кусая губы и упрямо размышляя, удастся ли мне вырваться из-под опеки Арена. Сидеть и ждать — что может быть хуже? Жаль, Хаарвен улетел с отрядом на поиски лекаря Тилена, а то я могла бы втайне попросить белого дракона помочь другу.

При мысли о том, что Каэм полетит сражаться в Эредию, пусть и в сопровождении Добрыни с посохом, ледяная змейка росла, обхватывая сплошной лентой моё сердце, и я отчётливо понимала: в тех краях моего «благородного жениха» поджидает большая опасность.

Но как ему это объяснить? Когда ветер стих, и вдали уже был виден ослепительный дворец альгахри, я попыталась заговорить с Каэмом, внушить ему хоть немного той тревоги, которую испытывала я.

— Бросьте, Шиилит, — небрежно отмахнулся дракон. — Это всё напрасные страхи. Я имел дело с войсками побольше, чем у грэйту — насколько мне известно, больше десяти тысяч человек они собрать не смогли бы.

— Но боевые артефакты…

— Против этого мне поможет Рапша. Если б не рана, я и его с собой не взял бы!

Ох уж эта проклятая драконья гордость!..

Слезая со спины Каэма и поправляя накидку у самых дверей, я почувствовала, как мне становится ещё больше не по себе. Что-то ждало нас внутри, во дворце.

Что-то очень нехорошее.

— Лучше б вы доверяли моим ощущениям, Каэм, — горько сказала я и, не дожидаясь, пока он возьмёт меня за руку, взбежала по ступенькам. Двери распахнулись, и я устремилась вперёд, замирая от предчувствия беды.

— Госпожа Тэн, — кланялись мне стражники и идущие по коридорам слуги.

— Достойная Тэн-Шиилит, — приветствовали меня придворные, но я не обращала на них внимания. И чуть ли не бежала вперёд.

Какой же длинной мне показалась лестница! Но вот она закончилась, и я в знакомом коридоре.

С каждым шагом всё яснее слышались растерянные голоса из спальни Райле и Эсимэ. Через открытую дверь я разглядела спины склонившихся над ложем людей, ворвалась в комнату, миновав сторожившего в коридоре Арена — перед глазами мелькнуло его бледное, испуганное лицо — и застыла столбом.

Заплаканная Эсимэ и неизвестный бородатый мужчина средних лет, в длинном белом одеянии, обернулись ко мне.