Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде

Снаружи замок чёрного дракона выглядел внушительно. Такой сказочный и старинный, окружённый крепостной стеной, он стоял среди иллюзорных лесов и казался безопасным убежищем от любых врагов. А впереди — дорога среди светящихся зелёных деревьев, и в груди у меня появилось тревожное чувство и стало давить на сердце, мешая свободно вздохнуть.

— Ну что ж, — торжественно заговорил Каэм, глядя на герб над воротами — огнедышащий чёрный дракон на алом фоне.

Вероятно, хотел произнести какую-то речь перед отбытием, но ему помешал неожиданно возникший перед нами пергамент. Скрипучим старческим голосом тот объявил:

— Я, альгахри чёрных драконов Фейенверис, благородный Арелани из рода Тэн, говорю тебе, благородный Каэм из рода Ирр: я получил твоё письмо. Рад, что моя внучка находится в надёжных руках. Уверен, что ты вернёшь ей первозданный облик. Не могу поспешить к ней, ибо альгахри белых драконов Найварис, благородный Иэрэм из рода Каль, попросил меня о помощи в очень важном деле.

Да благословит тебя Невидимый Бог! Да благословит он ваш будущий брак с моей внучкой! Подпись: благородный Арелани из рода Тэн».

Пергамент вспыхнул и осыпался пеплом, а Хаарвен, до того скучающе смотревший перед собой, встрепенулся:

— «Важное дело»! Что может быть важнее встречи с единственной внучкой, Каэм?

— Важнее может быть поиск тех, — остудил его пыл чёрный дракон, — кто виноват в её несчастье.

Хаарвен что-то пробурчал себе под нос, но возражать не стал. Честно говоря, мне его позиция была ближе, и я даже пожалела Шиилит: ну и дедушка у неё!

— Полетели, — нетерпеливо произнёс Каэм, и я затаила дыхание. Устроилась поудобнее у него на руках, глядя, как Хаарвен отходит в сторону, и не желая пропустить ни единого мгновения.

Но всё произошло до удивления быстро. Хаарвена окутал белый дым, а когда тот рассеялся, перед нами предстал дракон. Не такой огромный, как в книгах, всего лишь в два этажа ростом. Тело узкое, вытянутое, с длинным хвостом и кожистыми крыльями, которыми дракон при желании мог бы прикрыть себя полностью. Симпатичная физиономия, на которой горели знакомые голубые глаза.