Книга 1. Орден Грифона.

Пора основательно задуматься об усилении магической защиты кораблей.

С Бронуином было сложнее. Магистр давно понял, что люди почти не думают о последствиях своих действий, если не видят прямой угрозы собственной жизни. Ценным и редким качеством была даже способность делать выводы из уже случившихся неудач и трагедий. А уж умение предвидеть и просчитать последствия - и вовсе казалось особым, почти божественным даром. В Приграничье с этим было чуть проще - совсем уж тупые здесь не выживали.

Хотя некоторым везло.

В Ордене Грифона на руководящие должности старались ставить людей, не только знающих своё дело, но и со способностью к рефлексии и самоанализу. Тщательно подходя к отбору и занимаясь обучением возможных кандидатов, едва такие самородки попадали в поле зрения командиров. Стремительные взлёты, минуя положенные ранги от пажа до командора для благородных и от рядового пехотинца до паладина для простолюдинов, случались редко и вынужденно, во время войн и Великих Набегов.

Бронуин же был Ордену навязан. Такое на памяти магистра случилось впервые. Не припоминал он ничего подобного и в истории Ордена. И что с этим делать, сэр Кэдоган пока не понимал. Что это - недомыслие принца, не нашедшего другого способа ублажить фаворитку? Или первая атака на Орден с его стороны? Что ж, как бы ни хотелось маршалу повесить Бронуина, делать этого категорически нельзя. И публично наказать с лишением рыцарского звания тоже.

Имеет ли смысл рассказывать принцу о произошедшем? А если он не захочет отменять своё решение? Или на замену Бронуину пришлёт еще кого-нибудь, столь же деятельного? И что тогда делать ему, магистру? Слишком много вопросов, на которые пока нет ответов.

И тенарцев магистру было жаль до слёз, тем более что Орден Грифона внёс немалую лепту в создание и развитие посёлка. Орден выплатил своим ветеранам, пожелавшим и после отставки приносить пользу Ордену, хорошие подъёмные.

В том числе, чтобы поддержать население разорённого Великим Набегом Приграничья.

Их хватило и для постройки саманных жилищ, и для восстановления каменоломен и заброшенного рудника, и для найма сотен работников. Они расчистили несколько занесённых илом и песком каналов, идущих от Теньги - неширокой речушки с бурным течением, извилисто петляющей по степи. Теньга была мутно-коричневой, но в Шартанге любая вода - сокровище.