Цветы цвета неба

Высокая, статная женщина лет тридцати пяти по обычным человеческим меркам. Волосы цвета золота были заколоты в высокую прическу. Красивое, но не вычурное платье зеленого цвета. Теклария Скалдоварийская - оказалась весьма привлекательной женщиной. Маленький аккуратный нос, четко очерченные пухлые губы, большие серые глаза, высокие скулы. Рион совсем на нее не похож. Он, как и его сыновья, вылитый отец.

- Здравствуйте, эдель Риндамия, - высоким мелодичным голосом произнесла императрица.

- Ваше величество, добрый вечер, - ответила я, сделав корявый реверанс - давно не практиковалась.

- Я провожу вас до вашей комнаты. А это ваш сын?

Я растерянно кивнула. Сама императрица меня проводит! Ну надо же. Гвардейцы шли за нами с моими вещами, отстав шагов на десять.

По подземелью мы шли в молчании. Казалось, будто Теклария хочет мне что-то сказать, но не может решиться.

- Можно я буду называть вас просто Риндамия? – наконец спросила императрица.

- Да, конечно, ваше величество, - ответила я.

- Риндамия, я должна вас отблагодарить. Я должна была это сделать еще шесть лет назад, но… - тут она замолчала. Она подняла на меня глаза. Удивительно, ее глаза холодного серого цвета светились теплом. Через пару секунд продолжила: - Я вам дважды обязана. Вы спасли моего сына, а сегодня и мужа. Что я могу для вас сделать?

Я растерялась.

- Мне ничего не нужно, я просто выполняла свой долг, - пробормотала я.

Эйма видимо разбудили голоса, и он попытался выглянуть из-под моей накидки.

Нет, нет, нет! Только не сейчас, потерпи малыш.

- В любом случае, если вам что-то понадобится, смело обращайтесь ко мне. И еще кое-что. Эйну сейчас приходится нелегко: смерть жены, болезнь отца. Теперь на его плечах вся империя. Он стал несколько несдержан и груб. Но вы не обижайтесь на него, на самом деле он хороший. Только скрывает это, чтобы на шею не сели.

Я кивнула. Эйн? Так мать называет Риона? Эйн, Эйм. Я улыбнулась.

- Доброй ночи, Риндамия, - сказала императрица и погладила меня по руке, которой я поддерживала сына.

Словно невзначай она коснулась ноги Эйма. На ее лице промелькнуло странное выражение. Ее взгляд серых глаз внезапно похолодел. Поджав губы, она сдержанно кивнула мне и ушла. У меня же по спине пробежали мурашки.

Гвардейцы, стоявшие невдалеке, подошли, чтобы занести вещи в комнату. А я продолжала держать сына на руках. Когда они уже выходили, я окликнула одного из них:

- Мне срочно нужно поговорить с наследником.