Семь мужей для избранной демоном-драконом

Одна из них была похожа на человека, но со слабым сиянием вокруг, а во второй легко угадывался страшный дьярх. Два воина на фреске скрестили мечи. Микки провел по росписи ладонью, а когда убрал, то чудовище исчезло. Бог так и остался лежать на выжженном поле, и я могла поклясться, что чувствую тяжелый запах льющейся из ран крови.

- Мы оказались легкой добычей для закаленных в войне волшебных тварей. С тех пор дьярхи нападали постоянно и грабили, убивали, сжигали все живое, забирали все, что им нравится, и тянули из нашего мира магию.

Только во время правления господина Дамиана мы смогли их окончательно изгнать. Но какой ценой…

Микки перешел к третьей фреске.

В обрамлении росписи художник изобразил схватившиеся войска. То ли ему не хватило мастерства, то ли такова была задумка, но перемешавшиеся армии больше походили на облака. Легкие, белые наверняка обозначали воинов королевства Алавир, а свинцовые, грозовые – дьярхов. Они со всех сторон окружали главных героев сюжета – двух сражающихся мужчин.

В хорошо сложенном брюнете с яркими синими глазами легко узнавался Дамиан. Тут уж художник расстарался – у меня даже сердце заныло от того, каким храбрым, целеустремленным и красивым он выглядел. Доспехи сверкают, меч – естественное продолжение руки, черные крылья распахнуты, поза так и зовет за собой в бой и не оставляет сомнений в победе.

От вида уродливого предводителя дьярхов, наоборот, тошнило. Голова – обтянутый гниющей кожей череп, шипастые доспехи настолько черные, словно сотканы из первозданной тьмы, а из спины торчат то ли щупальца, то ли наросты.

Нарисовано все было с поразительной натуралистичностью. Я бы охотно поверила в то, что художник при работе держал перед собой настоящего мертвеца.

Дамиан мне не нравился, но тут я поневоле пожелала ему победы. Когда Микки провел рукой и по этой фреске, я была уверена, что увижу его над поверженным генералом дьярхов. Но…

Чудовище и правда скрючилось на земле, а его срубленная голова катилась в сторону. Но и окровавленный Дамиан лежал рядом, зажимая огромную рану в груди.

А в костлявой руке дьярха билось вырванное сердце.

Я закрыла глаза. Ну и ну. Даже в фэнтези не все битвы заканчиваются хорошо.

- Постой, – тут же спохватилась я. – Но он же жив.

- Не совсем, – коротко ответил Микки.

Он сдвинулся к четвертой фреске.

Над телом Дамиана стояли мужчины и женщины в капюшонах и длинных одеяниях – видимо, маги. Из их рук к правителю текла серебристая энергия.